– Так да или нет? Это важно для меня, чтоб дать прогноз.
– Повторяю – решение примет ответственный круг.
– Конец связи. – Завершив сеанс, Рома открыл панель на рукаве и прервал передачу по радио, кроме канала «Биологическая безопасность».
* * *Ангар дронов Хельге не понравился. Она столько хотела в него заглянуть, узнать, чем кормятся летучие чудовища, как они спят, как вьют гнезда, есть ли у них птенцы. Оказалось – они просто стоят на ножках с колесиками, а другая нежить лазит им в животы, заменяет внутри части, подвешивает на крылья зловещие бомбы.
Это место для механических тварей. Ни сидений, ни лежанок, ни светильников – ничего для человека. Строение просторное, но – низкий свод, глухие стены, мутные окна-щели под потолком.
И запахи искусственных веществ, такие чуждые и отвратительные.
– Здесь не живут.
– Конечно. Тут только роботы.
– Зачем мы пришли сюда? Я не слышу пения горы.
– Тебе нравится звук Вейда Сянь?
– Большой Святой?
«Телепатия?.. – Приподняв забрало, Рома убедился, что защитная сетка-паутинка на месте.
– Чушь, у них нет. Слышала в прошлом. Кто-нибудь перевел ей с ханьского. От коммуны рерихистов до Тенг Ху недалеко, три часа лета. Единственная тут гора – пожалуй, они ездили на поклонение. Обойдешь сто восемь раз и станешь махасиддхой с огнем в ладони…»
– Принцесса, ты бывала в этих местах раньше?
– Да, пока болотный царь не взял меня. Слушала песни ветров. Где я могу сесть? Разве ведут переговоры стоя?..
– Э-э… – Неловко было признаться, что сиденьем служит сам серво, по команде.
– Можно впустить раба. Одну штуку. И робота, для равновесия.
– Я согласна. Как странно – «робот» и «раб», так похоже!..
– Очень старые слова, с Земли. Оба означают тех, кто подчиняется.
– А кому подчиняешься ты? Кто твой господин?
В своих колышущихся одеждах она почти беззвучно подошла к дрону и положила ладонь на его корпус. Нет дыхания, сердце не бьется – совсем неживой. То-то он так равнодушно сбрасывает бомбы!.. Живой брал бы в плен, как в ордах принято.
– Я… свободный человек.
Мы, Общество, – техно-социальный мир, где все равны.
– Но ведь кто-то послал тебя?
– Мне предложили. Воля коллектива, а моя воля – принять или отказаться.
Створки ворот ангара разъехались, парой вошли раб-верзила с богомолом – держа дистанцию, недоверчиво косясь друг на друга.
– Странно. В нашей общине у реки тоже все решали сообща. Но доброволец вызывался сам, по внутреннему чувству.
– Ты помнишь, как жила…
– По случаю встречи ты должен задать мне пир.
