– Ну на кой вам какая-то девочка? Стоило ли ради сей скромной особы тащиться по снегу, в мороз?
– Какая-то девочка? – изогнула черную бровь красавица. – Да ты шутить изволишь, светлячок? А коли шутки твои мне не понравятся – не боишься?
– Вас, Арина Александровна, я могу бояться только в одном: уж больно вы хороши собой, дыхание перехватывает! Того и гляди – задохнусь от восторга!
Ведьма снисходительно дернула уголком губ.
– Язви, язва, язви! Вижу же, что в словах твоих, нарочито легковесных, много правды – нравлюсь я тебе.
– Нравитесь, – не стал отрицать Ленька. – Да только роли это никакой не играет, увы.
– А что играет? Ты скажи, я, может, и исполню! В обмен на Анюту.
– Да что вам в ней?! – начал сердиться Светлый.
Прелестница в летнем платье невинно захлопала густыми длинными ресницами.
– Я же объяснила! Спасаю ее от незавидной участи!
– А откуда вы узнали, какова ее участь? – полюбопытствовал Ленька.
– Да как же?! – озадачилась Арина. – Известно! Чай, в одном государстве обитаем! Срок подходит, Ингерманландец оголодал, скоро дань свою потребует. А в Симбирской губернии завсегда девицы чистотой своею славились…
– Постойте, сударыня! Вот эти все слова – срок, оголодал, дань, – к чему вы их произнесли? Али простуда уже сказывается? Залихорадило вас, может быть? Бред начался?
Глаза Арины Александровны сузились, а потом перевела она их куда-то за спину Леньке.
Он обернулся и увидел стоящего в окне Гиацинтова.
– А ты даже не сказал ему, старый прохвост? – в голос крикнула ведьма. – Что ж так?
– Все он мне сказал, – успокоил ее Ленька, сильнее сжимая кулак и оглаживая большим пальцем перстень с защитой. – Только вам о том знать не следовало бы. Откуда же знаете?
– Не первый год на свете живу! – насмешливо ответила Арина.
– А может, и не первую сотню лет, а? – подмигнул ей Ленька.
– Знаю, знаю, слыхивал: для продления своей молодости и красоты используют ведьмы кровь девственниц. – Он внезапно, разом подался к ней всем туловищем и с угрозой проговорил: – Для этого вам Аннэт понадобилась? Для этого? Говорите!
Угроза, может, и не произвела на Темную впечатления, зато смысл сказанного позабавил.
– Ах-ха-ха-ха! – рассмеялась она, широко раскрыв рот с ровными беленькими зубками.
