События развивались не в нашу пользу. Штабная жребий-машина то и дело с тошнотворным звоном выкидывала в окошках комбинации, от которых у генералов случались сердечные приступы, а на горизонте один за другим вырастали ядерные грибы.
И все время приходилось делать ставки.
– Лейтенант! – гремел в динамике голос Оперативного дежурного генерала Пферда. – Подготовить объект!
Я торопливо выбирал из списка оставшихся у нас частей, соединений, военных и гражданских объектов подходящую ставку и докладывал:
– Судоверфь «Последняя гавань»! Здоровье сорок, броня пятнадцать, цена пятьсот!
– Дрррыннь! – звенела жребий-машина, в окошках последовательно появлялись: Череп… Череп… Череп! И судоверфь взлетала на воздух, проигранная противнику вчистую.
– Следующий! – кричал Оперативный.
– Ингерманландский гвардейский гусарский полк! – докладывал я. – Здоровье пять, броня три, цена – ноль семь!
– Дрррыннь! – приговаривала машина, и полк шел на конскую колбасу.
В чем дело?! Почему нам так не везет?! Вокруг штабного бункера, где находился мой пост, летали и падали огнедышащие драконы и горящие вертолеты.
Гремели взрывы, носились облака отравляющих газов, тысячами гибли люди. В штабе почти никого не осталось, все офицеры были разосланы с поручениями по войскам и сгинули вместе с ними.
– Лейтенант! Зафиксирован пуск ядерной ракеты, нацеленной на наш бункер! Срочно подберите объект на замену ставки!
Я отработанным движением открыл список и вдруг замер. Все объекты, кроме двух последних, были уже вычеркнуты! Остался штабной бункер и… город Бореалис.
Бореалис! Там же Влада!
– Лейтенант! Ты что, уснул, что ли?! – взвыл генерал.
Заткнись. Дай подумать.
Можно поставить на кон этот чертов штаб. Но если проиграешь его, проиграешь и всю войну. Погибнут все. А если выиграешь? Тогда тебя просто расстреляют за неисполнение приказа. За то, что рисковал штабом.
Можно поставить Бореалис. И проиграть. А там Влада. Но ведь можно и выиграть…
– Нельзя.
Я поднял голову. Рядом со мной стоял генерал Пферд.
– У тебя в Бореалисе что, девчонка?
Я вскочил и вытянулся по стойке «смирно».
– Жена."
"– Жена-а, – протянул генерал, отечески усаживая меня на место. – Тяжелый случай… – Он сделал несколько шагов туда-обратно по комнате. В зеркально начищенных голенищах его сапог отражались индикаторные огни жребий-машины. – Видишь ли, какое дело, сынок… Выигрышей сегодня не будет, на что ни ставь. – Он остановился, понурив голову. – Пока я командую армией, нас будут бить.
