Без понятия, почему именно сейчас, но случился некий момент узнавания. Словно тумблер переключили. Словно пазл повернули совсем чуть-чуть, и вдруг он неожиданно сложился и заиграл совсем иными красками. Словно…
Бросило в жар. Улыбка сползла с губ и глаза распахнулись шире, поглощая обращенное ко мне мужское лицо. Хабиб тоже перестал улыбаться, чуть нахмурил брови, отчего его переносицу прорезала вертикальная морщинка, заскользил по моему лицу цепким, впитывающим каждую черточку взглядом, задержался на приоткрытых губах и снова вернулся к глазам.
Секунда, две, и он отвернулся, так ничего и не сказав, но крепче притянув к себе за плечи и практически впечатав себе в подмышку.
Так мы и просидели весь ужин. И это было очень странное ощущение. Жаркое, нервное, будоражащее и в то же время такое уютное.
Тяжелая рука Хабиба на моих плечах, лишь иногда сползающая на спину и непроизвольно приобнимающая крепче при каких-то его словах и смехе, вибрации от которых я чувствовала каждой клеточкой. Тепло его могучего тела, с головы до ног окутывающее меня.
Ощущение бьющегося совсем рядом со мной сердца. Моя рука на его бедре – просто потому, что, сильно прижатую, больше мне было деть ее некуда…
И ни с чем не сравнимое, не передаваемое ощущение, что все остальные люди от вас будто за невидимым стеклом. Что им не пробиться к вам, что вы словно одни в этой толпе и нет в мире ничего комфортней…
Аппетит пропал, между собой мы больше почти не говорили, вино не кружило голову. Гормональный всплеск был сильней.
Я хрипло смеялась, запрокидывая голову, делала вид, что слушаю других, что мне интересно, и тихонько, глупо молилась, чтобы этот вечер никогда не кончался.
После ужина все высыпали на улицу, уже шумные и пьяные, и потопали гурьбой к СПА зоне с другой стороны дома. Парни притащили дополнительные стулья, длинный стол из гостиной. Мы расставили закуски, салаты и тарелки с канапе. Стоило включить свет у бассейна, как к нам потянулись гости из соседних домиков, таща с собой целые ящики с алкоголем и тазики с едой.
Ренат настроил музыку, и уже минут через десять всё кругом затряслось от на максимум включенных колонок.
Кто-то пустил первый жиденький салют. Прохожие пьяно и весело орали «с Новым годом», иногда подходили, перепрыгивая через кусты- ограду, чтобы поздравить более развернуто, кое-кто даже решался остаться. Толпа людей все росла. И в ней я как-то вдруг совсем потеряла Хабиба, пока накрывала на стол и болтала с девчонками.
