– Я хочу, чтобы ты была моя, и только моя, под небом всех четырех миров. А если понадобится, то и под небесами всех тех, что ты еще можешь открыть, непредсказуемое ты мое счастье.
– Мм… – Что ответить на такие слова, я не нашлась, поэтому просто поцеловала своего жениха.
Это ему нельзя. А мне-то все можно.
А за ужином я наблюдала дивную картину. Эолинна изо всех сил пыталась очаровать принца Азберта. Впрочем, что именно она пытается сделать, не стало секретом ни для кого. Ренард периодически приподнимал брови, бросая на меня задумчивые взгляды.
Албритт и Кирин пытались сдержать усмешки. Селена и Ниневия, похоже, были шокированы. Ну да. Им-то, человеческим женщинам, не понять, насколько упорны и беспринципны эльфийки на пути к цели. А вот Азберт, кажется, понял, что влип. И если поначалу он был в восторге от этой белокурой бестии, то чем дальше, тем сильнее начинал напрягаться.
Позднее я сопроводила гостей в оборудованный зал с кинотеатром и, предложив им на выбор несколько фильмов, запустила диск. Смотреть кино вместе с ними мне было некогда, так что, оставив Эйларда развлекать гостей, я удалилась.
Следующую часть метаний принца я наблюдала уже перед тем, как гости отправились отдыхать.
Эолинна висла на руке Азберта, а у него был такой вид, словно ему хотелось стряхнуть с себя эту особу. Ха! Не на ту напал. Так просто лесная дева сдаваться не собиралась. Я посмеивалась про себя, но виду не подавала, а вот Ренард, Албритт и Кирин, похоже, делали ставки – чья возьмет.
Взяла Эолинны, так как среди ночи в мои покои постучали и, открыв дверь, я столкнулась с Пересветой.
– Хозяйка! – Домовушка загадочно улыбалась. – Там принц Азберт, очень просит уделить ему пару минут.
– Да? – Я протерла глаза. – Сейчас, накину халат. А он не сказал, что случилось?
– Нет, хозяйка. Просто попросил позвать вас.
– Ага… Ну сейчас.
Когда я вышла из своих комнат, в коридоре рядом с Пересветой уже стоял Эрилив. И мы направились к решетке, перекрывающей вход в мое крыло."
"– И где он? – Я оглянулась на Пересвету, так как за решеткой никого не было.
– А во-он за той портьерой, – шепнула она, кивнув на окно, задрапированное плотными портьерами.
– Чудны́е дела творятся, – пробормотав это, я дождалась, пока Эрилив откроет решетку, и вышла в холл.
Дойти до окна я не успела. Штора шелохнулась, край ее чуть сдвинулся, и на меня уставился темно-карий глаз.
– Азберт?
Глаз пошарил по сторонам, убедился, что мы в холле втроем, и из-за шторы осторожно вышел принц.
