Нет, вы посмотрите на него, а? Головой он отвечает… Обещание он дал… А мое мнение кто-то спросил? И вообще! Было бы из-за чего скандал устраивать – ну, вышла бы на пару минут. Так не одна же, взяла бы Назура или домовых. Так нет же… Я с силой захлопнула за собой дверь, но она почти сразу же распахнулась, и за мной в комнату стремительно влетел злющий Эрилив.
– Куда это ты собралась? – Он остановился в шаге от меня. – Мы, кажется, еще не закончили разговор.
– Уйди, Эрилив, – выдохнула я.
– Нет уж! Ты хотела проверить переход в Лилирейю, вот мы его и проверим.
– Да как же мы его проверим, – всплеснула я руками, – если ты такой упрямый?
– Это не я упрямый, а ты! Неужели так трудно понять, что я за тебя переживаю?
– Да не надо за меня переживать. Почему просто нельзя мне помочь и согласиться со мной?!
– А я соглашаюсь! Идем проверять. Марс выйдет в Лилирейю, а мы на Землю.
– Да ты…
Ответить я не успела. Он просто подхватил меня на руки, крепко сжав, и потащил вниз, стремительно шагая по коридорам, лестнице, холлу под взглядами всех моих домочадцев и не обращая внимания на мое возмущенное трепыхание и шипение.
Когда мы столкнулись с Селеной и Ниневией, мне пришлось притвориться паинькой и затихнуть, а он только посильнее прижал меня и понесся дальше.
– Марс! – рявкнул лирелл во дворе, и к нам понесся лиловый мохнатый шар. – Мы сейчас выйдем на Землю, а ты выйди в Лилирейю. Пару минуту постоишь за воротами, потом войдешь обратно. Понял?
Щенок радостно гавкнул, считая, что это у нас такая игра.
– Мальчики, откройте ему ворота и дождитесь, пока мы выйдем на Землю. Потом пусть он выходит, – отдавал распоряжения Эрилив.
Демонята весело поскакали к нужным воротам, а мы вывалились на Землю – иначе это не назовешь, так как я пыталась вырваться. Не оглядываясь, лирелл захлопнул створку ворот и остановился, все сильнее прижимая меня к себе.
– Пусти, – пропыхтела я. – И вообще, ты чего раскомандовался?! Это мой дом, моя собака и мои работники.
– А ты – моя! – рыкнул он, и я даже опешила от такого заявления, застыв с глупо открытым ртом.
– Чего? – Глаза у меня стали, наверное, размером с блюдце.
– Того! Молчи уже, – выдохнул он устало и поставил меня на землю.
– Да чего это я…
– Тихо!
И в следующую секунду я опять оказалась прижатой к нему. Да так и замерла, уткнувшись носом в его рубашку и офигевая от ситуации, ссоры, ее последствий и этого заявления.
А ничего так стою, уютненько.
