Телохранитель мне теперь нужен! Бред какой-то. И никак не могла понять, нравится мне это или бесит. Пожалуй, второе все же больше. Потому что мое мнение в данном вопросе никого не интересовало – они уже все решили за меня. Нет, в Ферин я бы одна не сунулась ни за какие коврижки, это я понимала. Но на Земле?
– Ладно, – прервала я эти разборки. – Собирайся, только быстро, и сразу после завтрака выезжаем.
– А я уже собрался и позавтракал. – Эйлард улыбнулся как ни в чем не бывало.
– А мы все уже позавтракали, – вклинился Филя.
– Мы даже тебе уже кофе сварили. Я лично проследил, как Эйлард варил, ты не думай.
– Ты ж мой хороший! – Я рассмеялась и скосила глаза на мага. Ну надо же, он мне кофе сварил… – Знаешь, как я по тебе скучать буду? И по тебе тоже, – глянула я на Тимара, и он улыбнулся.
– А смета-а-аунки? Я так старался!
– И сметанки, и сливочек! – Не выдержав, я фыркнула. – Тимар, ты уж без меня Филечку корми хорошо, – подмигнула я ему. – Сливок он заслужил, каждый день давай, только не очень много, чтобы животик не заболел.
Глава 14
Дорога до дома родителей заняла у нас больше трех часов. Я с ненавистью погрузилась в электричку, тихо радуясь только тому, что повидаю родителей, а вот Эйларду все было интересно. Правда, сильно он мне разговорами не досаждал, что я в целом оценила – терпеть не могу болтать в дороге, когда нужно перекрикивать шум колес. Так что через какое-то время я достала книжку и стала читать, а маг смотрел в окно.
И вот дом, где я выросла.
Обычная такая пятиэтажная «хрущевка», подъезд, в котором кошки делали все, начиная от сходить в туалет и заканчивая погрызть то, что вынесли добросердечные старушки. Лестница со стенами, расписанными последователями пещерных людей: «Макс + Маша = Л», «Катька – зараза», «Вичка – стерва». Наткнувшись взглядом на эту надпись, кстати сделанную на потолке – да-да! Это про меня! – Эйлард хмыкнул, а я пожала плечами. Только снова стало грустно. С Витьком мы всегда нежно дружили, начиная с ясельного возраста.
Количество съеденных в одной песочнице конфет классу к восьмому сравнялось с количеством нелестных эпитетов, которые мы отвешивали друг другу. Что, впрочем, не мешало нам оставаться друзьями. И я по-настоящему горевала и плакала, когда он нанюхался какой-то дряни в компании таких же великовозрастных придурков и сиганул с балкона пятого этажа, возомнив, что он птица.
Дверь открыла мама, одетая в какие-то затрапезные штаны и футболку.
