Конечно, птицы совсем не пострадали, но от этой информации ваш шеф озвереет. Он сразу поймет, что только от вас могла «просочиться» информация о пингвинах. Представляете последствия?
Красавица посерела.
– Чего вы хотите?
– Адрес и телефон жены Якунина.
Не говоря ни слова, брюнетка схватила «мышку».
– Пишите. Якунина Клавдия Семеновна.
– Как?
– Якунина Клавдия Семеновна, Мишин переулок.
Записав данные, я сунула бумажку в карман и, не попрощавшись, пошла к двери.
– Погодите, – окликнула меня брюнетка.
Я обернулась.
– В чем дело?
– А деньги?
– Какие?
– Ну те, что вы предлагали мне за информацию?
Я моментально вспомнила благообразную старушонку с собачкой Матильдой. Значит, на моем пути попалась еще одна лицемерка.
– Вы же приходите в ужас при виде взятки, – протянула я и выскочила в коридор.
Оказавшись в машине, я с огромной радостью уставилась на адрес. Похоже, я нахожусь на правильной дороге. Клавдия, или попросту Клава. Некоторым это красивое, благородное имя кажется простонародным, и иногда его владелицы ничтоже сумняшеся переименовывают себя в Клару.
Бесполезно объяснять таким особам, что имя Клавдия пришло к нам из Римской империи. Там его носили и мужчины, и женщины, был вроде император Клавдий или цезарь, уже не помню. Будь у меня выбор между Клавой и какой-нибудь Изаурой, я не колеблясь предпочла бы первое. Но вот жене Якунина оно, очевидно, не нравилось.
Я молча потыкала пальцем в кнопки.
– Алло, – прошелестело из трубки.
Голос говорившей был сух и бесцветен, словно осенний листок, упавший с ольхи.
– Здравствуйте, Клавдия Семеновна.
– Добрый вечер, – тихо отозвалась Якунина.
– Меня зовут Даша.
На эти слова не последовало никакой реакции.
– Ваш муж попросил меня передать вам конверт.
– Сергей умер.
– Да, конечно, знаю, понимаете, я случайно оказалась свидетельницей той аварии… Вы меня слышите?
– Да.
– Лучше будет поговорить лично, а не по телефону.
Можно к вам приехать сейчас?
– Нет.
– Почему?
– Я ухожу на работу.
– Ночью?
– Да.
– Я могу зайти к вам на службу.
– Это невозможно. Из цеха нельзя выйти. Лучше завтра. После двух часов дня, – отрывистыми, рублеными фразами вещала Клава, – я сплю с утра. Потом стирать стану.
– Обязательно приеду в четырнадцать ноль-ноль, – бодро пообещала я.
Из трубки полетели короткие гудки. Клавдия Семеновна, не попрощавшись, отсоединилась.
