Мы вышли из музея, пересекли огромный холл, вознеслись в совершенно роскошном лифте на третий этаж и вошли в небольшую, со вкусом обставленную комнату.
– Хотите чаю? – любезно предложила Эра Вадимовна. – К сожалению, только из пакетика, хорошей заварки нет.
Пока хозяйка возилась, вытаскивая из шкафчика вазочку с печеньем, сахарницу и лимон, я оглядела ее обитель и с абсолютно честным недоумением воскликнула:
– У вас просто шикарно! Каким же образом музей сумел получить такое роскошное здание? Сейчас в любом месте, которое имеет отношение к культуре, царит запустение.
Парочка моих подруг имеет несчастье работать в музеях, послушаешь их рассказы – и плакать хочется. Зарплаты нищенские, фонды в упадке, посетителей нет… А у вас! Экскурсии!"
"– Причем по пять-шесть в день, – гордо заявила Эра Вадимовна, – между прочим, тут еще ведется и научная работа. Второй и третий этажи – это лаборатории.
– С ума сойти! – всплеснула я руками. – Каким образом ваш директор ухитряется выбивать средства из бюджета?
Эра Вадимовна насыпала в чай сахар, медленно помешала его ложечкой, потом спросила:
– Вы слышали фамилию предпринимателя Гольдина?
– Бори? – изумилась я.
– Бориса Иммануиловича Гольдина, – слегка удивившись, поправила меня Эра Вадимовна.
Я быстренько прикусила глупый язык. Это Даша Васильева может спокойно называть олигарха Гольдина Борей. Иногда она встречается в Ницце, в отеле, с Борисом и пьет с ним кофе на набережной. А для журналисточки из издания «Удивительное рядом» он, конечно, Борис Иммануилович, богатейший человек, владелец кучи предприятий, приносящих ему стабильно огромный доход.
– Наш музей существовал давно, – начала рассказ Эра Вадимовна, – основали его в пятидесятые годы. Материал поступал со всех концов необъятного Советского Союза, мы могли похвастаться уникальными экспонатами.
В конце восьмидесятых, когда в стране начался хаос, музей захирел. Основная часть сотрудников разбежалась кто куда. Несколько человек уехало за рубеж.
Тогда же произошел очень неприятный случай.
В каждом хранилище имеются так называемые фонды. Не все экспонаты выставлены на обзор посетителям. Во-первых, просто не хватает места, во-вторых, кое-что слишком ценно для того, чтобы оказаться в «зрительном зале». Ревизии хранилища практически никогда не проводятся, и частенько сотрудники музеев просто забывают, чем обладают, а пришедшие новые работники просто не знают обо всех единицах хранения.
