Каракома имела внутри здоровенный лаково-коричневый орех, мякоти у этого фрукта или овоща, казалось, не было вовсе. Просто кожа, а под ней этакий темный бильярдный шар. В центре этой экспозиции стояло блюдечко, на нем горкой громоздился совершенно обычный сахарный песок и лежали две половинки косточки. Я была поражена: на вид простой рафинад, перемолотый в пыль! Пожалуй, крупинки слишком мелкие… Хотя у нас дома в сахарнице бывает разный песок. То он желтый, крупный, то гранулы просто крошечные, снежно-белые.
Да и кому придет в голову изучать содержимое сахарницы? Зачерпнули, положили в чай или кофе. Вот рыба, мясо, грибы, колбаса иногда вызывают подозрение – ведь продукт может быть несвежим. Но сахар! Мне никогда не приходило в голову поинтересоваться сроком хранения рафинада. Да и есть ли он у него? Наверное, да…
– Вас так поразила каракома? – раздался за спиной громкий голос.
От неожиданности я вздрогнула и обернулась. У витрины стояла улыбающаяся Эра Вадимовна.
Глава 27
– Она и вправду так ядовита? – тихо спросила я.
Пожилая дама кивнула:
– И коварна. Идеальное средство убийства. Жертва скончается не сразу, а через несколько часов после общения с киллером. Врачи спокойно констатируют инфаркт или инсульт, и все. Извините, экскурсия закончена, а нам запрещено оставлять в залах посетителей без сопровождения.
– Вы давно здесь работаете?
– Деточка, – снисходительно ответила Эра Вадимовна, – мы с профессором Айдиняном основали сей музей.
К сожалению, Арутюн Мирабович скончался, я теперь самая старая сотрудница, как ни ужасно это звучит.
– Ой! – всплеснула я руками. – Вы-то мне и нужны. Видите ли, я – главный редактор журнала «Удивительное рядом». Может, вы когда-нибудь держали его в руках?
– Нет, он ни разу мне не попадался, – вежливо улыбнулась Эра Вадимовна.
– Очень жаль, – воскликнула я, мобилизуя все свои актерские способности, – мы пишем об интересных вещах и очень хотим рассказать о вашем музее.
Уделите мне, пожалуйста, полчасика. Вопросы такие простые, вам будет нетрудно на них ответить.
Высказавшись, я умоляющим взором уставилась на Эру Вадимовну. Неужели пожилая дама не захочет поведать миру о своем детище, музее экзотических растений? Неужели она из тех людей, которые боятся журналистов, как черт ладана?
– Ну конечно, с удовольствием, – с энтузиазмом согласилась Эра Вадимовна, – пойдемте в мой кабинет.
