Она обожает это делать.
— Не волнуйся, маленькая, — говорю и прижимаюсь губами к ее виску. Она пахнет детским шампунем. — Мама тебя никому не отдаст.
Полицейский продолжает теснить меня к стене и тянет свои грязные руки к Есе.
— Не подходите ко мне. Вы пугаете ребенка, неужели не понимаете? — я пытаюсь отбиваться.
— Это вы, дамочка, своим поведением ее пугаете. Гражданка, — он поворачивается к соседке. — Вы видите, что Полянская Дарья Дмитриевна оказывает сопротивление? Сможете потом подтвердить это?
— Конечно-конечно, ребеночка только опасности подвергает.
Знаю я таких мамаш. Небось боишься, что теперь денег от государства лишишься?
— Закройте свой рот! — не выдерживаю. Я не могу больше слушать всю эту ересь.
Дальше все происходит словно в тумане. У меня в голове четко отпечатывается плач Еси, я чувствую боль в затылке от удара об стену, когда мужчина отшвыривает меня в нее одной рукой. Соседка громко причитает, женщина из опеки, которая так и не представилась, что-то говорит.
Я прихожу в себя на полу.
Сижу и смотрю на по-прежнему открытую дверь.
Они забрали ее.
Отняли у меня мою дочь и куда-то унесли ее.
Даже успокоить Есю не дали, чтобы она не захлебывалась в рыданиях.
Сердце сжимается, как в тисках. Никакая физическая боль не сравнится с этим моментом.
Я ничего не могла сделать. Абсолютно ничего…
Заламываю пальцы от собственной беспомощности. Вгрызаюсь зубами в ладонь, глуша таким образом крик, рвущийся из груди.
— Сама виновата! — зло бросает мне Зинаида Степановна. — Еще и психическая, правильно у тебя ребенка изъяли, правильно…
— Пошла вон отсюда, — резко перехожу на «ты», поднимаясь на ноги.
Кидаюсь в ее сторону на каких-то инстинктах.
— Свят-свят-свят!.. — она быстро убегает в свою квартиру, оставляя меня наедине с моей болью.
На полу валяется какой-то приказ. Я поднимаю листок и пытаюсь вчитаться, но у меня перед глазами все плывет от слез.
Следующие мои дни превращаются в ад. Я бьюсь в закрытые двери.
Мне отказываются что-либо нормально объяснять. В каждом месте я выслушиваю тонну оскорблений в свой адрес.
Ужасные слова, от которых хочется сжаться в комочек.
Я практически не сплю и совсем не ем все это время и из-за этого на очередном визите в опеку падаю в обморок.
Меня выставляют из здания под предлогом моего неадекватного состояния. Просто вышвыривают на улицу, так ничего и не объяснив.
Ноги сами приводят меня к стеклянной высотке в центре города. Я прихожу в себя только после вопроса охранника о цели моего визита.
