— Где моя сумка? Ты не забрал ее?
Антон кивает куда-то в угол, я встаю и, пошатываясь, дохожу до нее. Роюсь внутри пару и секунд и достаю слегка помятый приказ."
"Протягиваю его бывшему мужу и возвращаюсь обратно на диван, потому что даже после всего лишь пары шагов у меня перед глазами начинает подозрительно мутнеть.
— Я не ожидал от тебя такого, Даш, — качает головой Антон, откладывая бумажку на свой стол.
— Все не так, — я сразу же ощетиниваюсь, защищаясь от его осуждений. — Это не то, чем кажется на первый взгляд.
— Ты серьезно сейчас собираешься оправдываться передо мной? Детей не забирают просто так, если ты не знала. Угроза жизни? — он цитирует вырезку из акта. — Что ты делала с ней, Даша?
Боже, я опять вынуждена защищаться.
Только на этот раз от человека, который когда-то был мне родным. И это гораздо больнее.
Я пересказываю Антону события последний дней. Сухо и коротко, стараясь сдерживать эмоции, которые в конце все равно рвутся наружу.
Впиваюсь ногтями в сиденье дивана, когда меня снова начинает трясти.
— Посиди здесь, я выйду позвонить.
Антон возвращается через десять минут. Я успеваю извести себя за это время, и теперь на руках красуется несколько царапин. Так было проще не расплакаться.
— Ты сказала, что тот полицейский тебя оттолкнул. Насколько сильно, Даша? — губы Антона поджимаются в тонкую линию. Он всегда так делает, когда особенно сильно злится.
— Какое это имеет значение? Ты узнал, где Еся? У тебя везде есть знакомые, Антон, пожалуйста…
— Ее определили пока в дом ребенка.
Остальное я узнаю немного позже. Я еще раз спрашиваю, какой силы был удар?
— Он меня не бил, просто оттолкнул… Я влетела в стену, но уже все в порядке, — быстро собираюсь с мыслями.
— Поехали, — Антон вздыхает и вытаскивает мою куртку из небольшого шкафа, где у него обычно хранятся запасной костюм и несколько чистых рубашек.
— Куда? — недоумеваю, прислушиваюсь к ощущениям собственного тела.
Вроде бы головокружение прошло. — Мы сможем забрать Есю прямо сейчас?
— Это не делается так быстро, Даша. Для начала тебе нужно в больницу. Я подозреваю, что головой ты приложилась куда сильнее, чем говоришь.
— Со мной все хорошо, — продолжаю стоять на своем.
— Да я вижу, как хорошо. Одевайся, съездим к Богданову в центр. У тебя может быть сотрясение, а это серьезно, Даша.
Раньше Антон по любому поводу таскал меня в больницы.
