— Дашуль, нам надо тебя переодеть. Платье очень красивое, но рожать в нем, думаю, будет неудобно.
— Д-давай… Ай, мамочки, больно-то как!..
— Даша… — жалобно скулит Гектор, совершенно не понимая, что происходит вокруг.
— Так, дружок, пойдем-ка мы с тобой позвоним кое-куда, — переводит его внимание на себя Лера.
— Центр «Древо жизни», в кошельке визитка. У нас договор с ними на партнерские роды, — успеваю сказать перед новыми спазмами.
Все закручивается с какой-то бешеной скоростью. Ками кромсает мое платье из-за заевшей молнии, Лера возвращается и протягивает мне телефон, но я едва не роняю его на пол.
Тогда она включает громкую связь и предупреждает, что на том конце Антон, хоть и на экране светится «Вредитель». У них с Черновым до сих пор идет война."
"— Маленькая моя, Дашуль, как ты?
— Иди…к…черту! — завываю я между схватками, пока мы ждем скорую.
— Очень больно, карамелька?
— Я убью тебя! Клянусь, убью, если ты еще хоть раз ко мне прикоснешься!.. Сам беременей, вынашивай и рожай в следующий раз!
Скорая приезжает через пятнадцать минут.
Девочки обещают мне позаботиться о Еське и Гекторе, пока я отдуваюсь за двоих и проклинаю Антона всякими нехорошими словами.
В этой ситуации есть только один плюс — такую свадьбу я точно не забуду до конца своей жизни.
— Еще немного осталось, мамочка. Так, давай, милая, последний рывок…
От детского крика у меня сердце пропускает пару ударов. Тимура кладут мне на грудь, но я практически ничего не вижу из-за подкативших к глазам слез.
Они все текут и текут из уголков глаз, я не в силах это остановить.
— Чего рыдаем, Дарья? К нам там уже ваш муж рвется, еле отбиваемся, честное слово. Давайте здесь все закончим, переведем вас в палату, и тогда уже сможете обрадовать отца. Мальчик у вас такой хорошенький, поздравляю.
— Спасибо…
Палата у меня одноместная, повышенного комфорта. Мне помогают переместиться на кровать, и я спрашиваю, когда привезут моего малыша. Медсестра что-то отвечает, но звук до моих ушей доходит будто через вату.
Я настолько сильно устала и перенервничала, что не заметила, в какой момент начала отключаться.
— Антон? — разлепляю пересохшие губы, когда картинка перед открытыми глазами фокусируется обратно.
Я что, правда уснула? А сколько вообще Антон тут сидит?
— Дашуль, как ты? — он сразу подрывается ко мне с кресла.
У моего мужа на левой руке гипс. Надеюсь, что ему было так же больно, как мне.
