Порой, зная, что я куда-то собралась, договорившись с кем-то о встрече, он прикидывался больным или очень огорченным какой-то своей рабочей неурядицей. Говорил, что я очень нужна ему, просил остаться с ним. И я, дура, оставалась, потому что верила и считала это правильным. Лишь лет через пять или шесть брака я поняла, что в моей жизни не осталось ничего, кроме мужа и его забот. Его это полностью устраивало.
– А вас?
– А меня нет. С каждым годом я все отчетливее понимала: меня уже почти нет, почти ничего не осталось, только кукла, послушная марионетка.
А это было совсем не то, чего я хотела.
– Почему не ушли от него тогда?
– Боялась, – честно призналась Ольга. – Знаете, что он любил повторять мне все годы совместной жизни? Никому другому ты все равно никогда не будешь нужна. Поначалу это звучало иначе, конечно, но суть всегда сводилась к этому. Я верила. И мне долго казалось, что, может быть, лучше уж такая вот нездоровая собственническая любовь, чем совсем ничего. А потом поняла, что и любви-то никакой никогда не было.
Было сложно разорвать эти отношения, но мне все-таки удалось. И хотя он оказался прав, никому другому я оказалась не нужна, но я не жалею. По крайней мере, я смогла кем-то стать.
– Может быть, просто еще не пришел ваш час? – предположил Дементьев.
– Мне сорок пять, Володя, – усмехнулась она сквозь темноту. – Поздновато думать, что у меня еще все впереди. Я просто наслаждаюсь тем, что у меня есть. Каждому из нас дается что-то свое. Мне дано увлекать других людей в мир своих фантазий.
Мне не дано кружить голову и очаровывать. И очаровываться самой, если уж на то пошло.
– Но я же здесь, – парировал он, и даже почти не видя в темноте его лица, она знала, что он улыбается своей обычной обезоруживающей улыбкой.
– Да, – признала Ольга. – И это даже более странно, чем монстр под кроватью.
– Но согласитесь: я гораздо симпатичнее.
Глава 15
17 июля 2016 года, 09:05 (10:05 по Мск)
д. Хабрувка, Чешская Республика
Бескуда пытались приманить до глубокой ночи. Или раннего утра – как посмотреть.
Один только Войтех простоял в круге добрых два часа, выкрикивая призывы в темное, затянутое тучами небо. Потом его сменил Ваня, заявив, что из него получится куда более убедительный потенциальный враг. Они препирались минут пятнадцать, пока Нев не прикрикнул на них, велев не устраивать детский сад, чем чрезмерно удивил обоих.
Ваня испытывал свою удачу почти час, выкрикивая в небо куда более оскорбительные высказывания, но на русском.
