Но режиссер-постановщик решил, раз уж прибежала кобыла, не станем ей мешать. Он просто продолжил спектакль с другим героем. Слегка подкорректировал пьесу, и вперед.
Глава 39
Я выпила воды.
– Надо отдать должное психологу и гомеопату. Полагаю, он мигом навел справки обо мне и решил, что меня можно использовать в своих целях. Я начну разбирательство, в процессе которого правда о прошлом Ирины Глобусовой вылезет наружу и в конце концов дойдет до ушей ее мужа. Редкий супруг обрадуется, узнав, что он женат на дамочке с темным прошлым.
Я уверена, что Сергей Петрович продумал, каким образом американец узнает, что кончина Казина была спланирована Ирой и ее любовником. И кто у нас еще остается из обидчиков Баклана?
– Олимпиада и Алевтина, – процедил Дегтярев.
– Они тоже не останутся без внимания, – подчеркнула я. – С Алевтиной понятно, она должна умереть в доме Глобусовой.
– Вдруг она жива останется? – перебил меня Александр Михайлович. – Быстро врачей вызовут, они спасут Зиновьеву.
Я развела руками.
– Вопрос не ко мне. Уверена, что Баклан предусмотрел такую возможность. Наверное, у него был некий запасной план на случай, если Аля не погибнет, но он не понадобился. А вот если Зиновьева умрет, надо сделать так, чтобы полиция заинтересовалась Липой. И в игру вступила Зяма.
Полковник открыл рот, но я махнула рукой.
– Подожди. Дай договорить. Девице бы не в балерины, а в драматические актрисы податься. При первой нашей встрече она убедительно изобразила дочь, которая абсолютно задавлена матерью.
Девочка сделала только один неверный шаг. Потом сиротка позвонила мне и слезно попросила найти браслет, который носила ее мама. Обрати внимание на мгновенную реакцию Маркина. Он не знал, что Аля сняла у нас дома украшение и забыла его в ванной, но поскольку браслета нет, Сергей подумал: вполне вероятно, что он остался у нас.
Дегтярев снова открыл рот."
"– Знаю, – остановила я его, – ты хочешь задать вопрос. Как Сергей Петрович выяснил, что браслет исчез? Ему никто не мог об этом сказать.
У Сени возник тот же вопрос, потом ему в голову пришла идея, он позвонил в клинику и выяснил: когда Зиновьеву госпитализировали, в тот же день в клинику приехала Липа. Она помчалась туда после того, как я ушла. Узнала о состоянии больной и забрала ее вещи. Наверное, Олимпиада волновалась из-за дорогой сумки подруги, у Али при себе была новая версия от Диор стоимостью десять тысяч евро. Еще серьги с немаленькими бриллиантами, кольцо им в пару.
