По крайней мере, в эту чудесную романтичную ночь, копать-хоронить.
Мария принялась вскрывать упаковки с ветчиной и сыром, быстро и ловко раскладывая закуску на картонной тарелке.
– Ты вроде в отпуске? – задала она вопрос, когда все было готово.
Малышев выпил еще, засунув в рот ломтик ветчины.
– Угадала. Видишь, как у меня удачно прошел первый день?
Он усмехнулся, но лицо женщины оставалось бесстрастным.
– Не хочешь рассказать, что все-таки произошло?
– Маша, не доставай меня вопросами, – тихо проговорил Сергей.
– Я сейчас не в настроении.
Она это знала, поэтому решила больше не приставать с расспросами. В отличие от простого обывателя, у Малышева имелся своеобразный подвал внутри себя самого… и когда того требовала ситуация, он протискивался внутрь и наглухо закрывал люк.
– Я сам тебе скажу, когда сочту нужным, – прибавил Сергей. – А пока что – выношу благодарность за то, что выручила в столь поздний час.
– Не за что, – сухо ответила Мария. Выдержав паузу, она снова спросила: – И все же.
Почему ты не поехал домой? Здесь отвратительно.
Сергей потянулся за пачкой сигарет, не спеша снимая с нее прозрачную пленку.
– Я не хочу, чтобы моя семья видела меня в таком виде.
«Семья? Пожалуй, сложно назвать семьей подсевшую на «колеса» жену со стеклянными глазами… И бледного сыночка со взглядом волчонка, из которого клещами слово не вытянешь», – подумала Мария. Вслух же она произнесла:
– А как же «Логово»? Ведь там куда комфортнее.
Малышев закурил, в спертом воздухе поплыли едкие струйки дыма.
Он закашлялся.
– Дерет с непривычки? – полюбопытствовала Мария без тени сочувствия.
– Дерет. Что касается «Логова»… Сюда было ближе, – откашлявшись, проговорил Сергей. – И потом, ключи от наших подземных апартаментов все равно остались у меня дома.
Она вздохнула, двигая в сторону любовника свернутый пакет:
– Здесь спортивный костюм. Обувь, надеюсь, не нужна?
Малышев покачал головой, выпуская жемчужное облачко дыма.
– Я могу переодеться прямо сейчас, если тебя так смущает запах от моих джинсов, – предложил он.
– Почему ты не звонил мне раньше? Я… – Мария запнулась, будто с разбега ударившись о невидимое препятствие. – Я скучала, – добавила она тише, будто смущаясь этим признанием.
Сергей тяжело поднялся и встал у наглухо заколоченного окна.
– Тяжело привыкнуть, что здесь доски вместо стекла, – сообщил он, глубоко затягиваясь. – Я очень редко бываю тут. Иной раз думаешь – приеду, а кругом одни развалины.
