Но чудо не происходит…
— Больше никогда не звони ей! — Истерично разрывается динамик. — Это моя мама! Я не хочу ее с тобой делить! Прихлебательница! Я бы была самой лучшей, она бы меня любила, если бы не ты!
— Леся, послушай… — я пытаюсь вставить хотя бы слово. — Ты несёшь ерунду. Мама тебя очень любит!
— Не называй ее так! Слышишь? Олега посадят из-за тебя! Ты все у меня забираешь! Не оставляешь места! Ах, Сонечка то, Сонечка это… Тьфу!
Я начинаю задыхаться от несправедливой обиды. От понимания того, что Олеся плевать хотела на правду.
Ей комфортно видеть мир таким вот. Серым и вечно ей чем-то обязанным.
В этот момент во мне становится глухо. Неожиданно эгоистично все равно на ее чувства. Предел… он все-таки существует.
— А теперь послушай меня, — говорю вкрадчиво и жестко. Олеся затихает. — Правда в том, что тебя судьба странным и необъяснимым образом любит. Даёт новую хорошую семью, образование, друзей. А ты упорно исключаешь все, где нужно чуть-чуть приложить руки для результата и кидаешься туда, откуда тебя судьба вытащила за шкирку.
Я не знаю, куда делась та моя хорошая подруга, которая мечтала стать психологом, как Любовь Павловна. Та, которая мыла ларёк, чтобы подарить шоколадку мне на день рождения! И воровала запасные ключи, чтобы я могла сбегать… Но, видимо, тебе больше нравится жить, как твоя мать…
— Заткнись… — я слышу, как она рыдает на другом конце в трубку. Зло, отчаянно. Сердце ейокает, но я не позволяю себе больше никаких душевных порывов.
Так никакой души не хватит. — Пошла ты…"
"Она скидывает.
Я слышу, как за моей спиной открывается дверь. Опускаю от уха телефон и оборачиваюсь.
— Какая же ты громкая, — качает головой Сергей.
Заспанный, помятый, лохматый, такой родной… что я больше не могу справиться со своими эмоциями. Плюхаюсь на кровать и начинаю громко некрасиво рыдать.
— Откуда ты взялась на мою голову, — он подкатывает глаза.
Подходит к постели, садится рядом и укладывает меня к себе на грудь.
Я вцепляюсь в его плечи до белых пальцев.
Хрен он меня теперь от себя оттащит!
— Ну все, Соня, все, — он рисует успокаивающие узоры у меня по спине. — Давай заканчивай. Ничего страшного не произошло.
— Прости меня, — шепчу ему в запале. — Я не хотела, чтобы так вышло. Я правда очень сильно люблю тебя. Но оказалось, что это так сложно — делать выбор. Накажи меня, только не уходи…
— Ты сама тут себя уже наказала, — усмехается Сергей и прижимается губами к моей макушке.
