– Я хотел воевать на стороне Эндрю Миллинга: я был настроен самым решительным образом и абсолютно убеждён в его правоте. И мои родители тоже. Да мы все, правда ведь? Он же так хорошо говорил, что мы, оборотни, превосходим людей, что мы больше умеем и должны быть у власти. Но потом я узнал, что мы должны делать – нападать на детей. Это было слишком!
– Это точно, – пробормотал широкоплечий Клифф. Я вспомнил, что он собирался стать учителем.
– Это так не по-волчьи, – добавил Бо и гневно оскалил клыки. Люди, наверное, ошибочно решили бы, что он улыбается.
– И когда мистер Бриджер сказал, что здесь самое пекло, я решил: мы должны быть здесь, – закончил Джефри, не обращая внимания на Бо. – Даже если придётся действовать вместе с одним придурочным котом.
Он смотрел на меня, высоко подняв брови. Наверное, чтобы продемонстрировать всем, что мы отнюдь не друзья.
Я немного растерялся и не знал, что сказать. Оказывается, я его недооценивал. Он, конечно, всегда вёл себя не лучшим образом и любил верховодить, но у него есть совесть.
Джефри понимал, что, придя мне на помощь, он в лице Миллинга нажил себе смертельного врага и что его обременённые долгами родители, которых он действительно очень любит, зависят от милости Эндрю. И всё-таки он присоединился к нам.
Стоящий передо мной мальчик переминался с ноги на ногу, его лицо постепенно вновь становилось непроницаемым, и тут до меня дошло – Джефри думает, что я специально не отвечаю ему, чтобы наказать. Поэтому я выпалил первое, что пришло мне в голову:
– А я и не догадывался, какие волки на самом деле крутые.
Джефри оторопел на секунду, но потом улыбнулся:
– Хорошо, что ты всё-таки это понял.
– Совы тоже крутые, правда? – подала Труди голос с дерева.
– Как сказать – скорее пушистые, – усмехнулся Бо, за что тут же был наказан злым взглядом своего шефа.
– Ну, разумеется, совы крутые, – кивнул Джефри и улыбнулся Труди. – И пушистые.
Мы с Брэндоном и Тикаани переглянулись. В обличье пумы я не мог выразительно поднять бровь, поэтому лишь многозначительно пошевелил ушами.
– Привет, ребята! Здорово, что пришли, – сказала Тикаани. Стая – за исключением малыша Миро – снова была в полном составе, и у Тикаани, несмотря на опасность, явно стало легче на душе. Уже только за это стоило быть благодарным Джефри.
Моя подруга тоже обнюхала оранжевые колбаски:
– Что это? Точно не пища.
– Если съешь такую колбаску – всю жизнь будешь животом маяться, – весело ответил Бо. На мой вкус даже слишком весело. – Это взрывчатка.
