Мы ещё не успели прийти в себя от изумления, а он уже большими шагами направился прямиком к школе.
– Эй, ты! – крикнул я, но он не обратил на меня внимания. Чтобы сохранить хотя бы видимость задержания, мы с Тикаани побежали рядом с ним с двух сторон. Джо поплёлся следом, постепенно замедляя ход. Увидев школу, он чуть было совсем не остановился. Почему он так себя ведёт? Может, он чего-то боится?
Светловолосый мужчина целенаправленно прошёл к главному входу, который не закрывался на ночь. Сова Труди, дежурившая у двери, удивлённо посмотрела на меня:
– Караг, ты кого к нам привёл?
– Понятия не имею, но точно не пасхального зайца, – ответил я.
Стало понятно, что этот мужчина уже бывал в нашей школе. Он прекрасно здесь ориентировался и по тёмным коридорам направился прямо к кабинету Лиссы Кристалл.
– Подождите, мы… – попыталась задержать его Тикаани, но блондин уже открыл дверь и вошёл внутрь. Мы бросились следом и нечаянно уронили его на пол. В кабинет директора мы влетели одним большим мохнатым комом.
Лисса Кристалл как раз совещалась с Джеймсом Бриджером, и они оба удивлённо воззрились на нас. Но изумление на лице директора тут же сменилось радостью. Сияя улыбкой, она поспешила к мужчине, который как раз поднимался с пола, и заключила его в объятия:
– Какой приятный сюрприз, Джек! Почему ты не сообщил, что приедешь?
Молодой человек, улыбаясь, обнял Лиссу:
– У нас во Флориде много сторонников Миллинга – кто знает, может, они прослушивают мой телефон и читают мою почту? Лучше им не знать, что у нас тут важное военное совещание.
Нам нужно срочно решить, как защитить людей в нашем регионе.
Ой, как неловко получилось! Это же Джек Кристалл, сын Лиссы, директор школы «Голубой риф», а мы с ним обошлись как с опасным шпионом! Всё-таки хорошо, что в обличье пумы не видно, как я краснею.
Джек повернулся к нам с Тикаани и посмотрел на нас вполне дружелюбно.
– Заодно проверил, как охраняется школа, – сказал он. – Твои ребята знают своё дело: стоило мне на секунду остановиться полюбоваться звёздами, как они тут же меня поймали.
А если бы я стал сопротивляться – клочья бы полетели, верно?
Тикаани смущённо опустила мохнатую голову:
– Извините, нам очень жаль, что так вышло. Мы же не знали…
– Всё в порядке, так держать, – сказала директриса и посмотрела в сторону двери. – А это кто?
Вслед за нами в кабинет протиснулся второй незнакомец, и теперь он стоял с отсутствующим взглядом, скрестив руки на груди.
