Около минуты потребовалось, чтобы вычислить, где трава повреждена по узкой сплошной линии. Проследил направление, прервав контакт поднялся. И двинул по едва заметным следам, которые метров через тридцать прервались, ибо дальше началась брусчатка.
Смотрю на порт, похоже, оттуда вывезли тело. Но что–то не даёт мне покоя. Порт? Да там даже ночью кипит работа на разгрузке–погрузке. И сейчас народу кишит.
Осматриваю переход с брусчатки на газон. Всматриваюсь. Оба следака над душой стоят. А я, наконец, замечаю, что искал.
Остинки соломы на асфальте, и не простые, на них частицы навоза. На брусчатке по блеску от остинок виден поворот.
— Вот же хитрый ублюдок, — выпалил я в сердцах. И пошёл по следу, который ведёт уж явно не в сторону порта, а ещё левее.
— Что делать с телом? — Кричат мне вслед.
— С ним я закончил, — отмахиваюсь и спешу через дорогу.
— Увозите! — Кричит им Свиридов.
— Куда прёшь! — Орёт Печкин на экипаж, несущийся на меня.
С противоположного направления шарахается и всадник.
Проскакиваю дальше на улицу, спускаясь под небольшую горочку.
И вскоре виден берег речки Орлик. Я впереди, за мной оба следователя и ещё шесть стражников плетутся. Такой оравой мы распугиваем крестьян, которые отскакивают от нас, как от огня.
Не спускаясь к берегу, повернул налево. Чуть выше земля твёрдая, избы идут в ряд вдоль реки. Ясно, что убийца толкал телегу не по песку, чтоб не оставить следов, да и самого песка не насыпать на газоне. Откуда такие умные убийцы в средневековой Руси? И такие тупые следователи.
Следы приводят к одному из дворов. А вон и телега снаружи к забору приставлена. Два колеса, ручка, чтоб человеку толкать. Мешковина лежит в сторонке, которой убийца, вероятно, и прикрывал тело, когда вёз.
— Оставайтесь тут, — шепчу Печкину, кивает, затаив дыхание, машет ораве, чтоб шли назад.
Народ отступает и прячется. Будто готовится облава.
А я приближаюсь к калитке, где бабуля, как ни в чём небывало, бельё с верёвок снимает.
— Доброго дня, мать! — Приветствую пожилую женщину, облокачиваясь на невысокую калитку сверху.
— Здравь буди, барин, — отзывается.
— Мужики в доме есть? — Интересуюсь.
— Да откуда? Дочка только, и та куда–то со вчера запропастилась.
Твою мать. Похоже, она и убита. Этот урод ещё и телегу обратно привёз. С большей долей вероятности, он сам где–то тут живёт! Поэтому и вывез её отсюда, чтоб не гадить в месте своего обитания. Да ещё и посадил у забора, чтоб правдоподобнее было, будто там и задушили.
