На нас покосившись, увидев гербы на щитах, передумали нарываться.
Колояр стучит молотом, как обычно. Подъезжаю, спрыгиваю с коня. Молот замирает, кузнец смотрит вопросительно.
— Отойдём? — Киваю за лавку.
Идёт послушно, снимая фартук.
— Держи, — подаю бумагу.
— Я не умею читать, — бурчит.
— А подписывал тогда зачем. Подпись твоя? — Разворачиваю и тычу.
— Моя, — недоумевает. — Подожди, барин. Это… оно самое⁈
— Оно самое. Всё, барону Здеславу ты ничего не должен больше, — заявляю.
— Во дела, — чешет затылок.
— И как умудрился, барин? Погоди, а не по твоей милости суматоха такая?
— Это только начало. Ты мне лучше скажи, что за доспехи тебя просит Здеслав ваять?
— Да дрянную кольчугу леплю уже который год для стражи по всей округе, — выдаёт мне. — Барон металл жалеет хороший.
— Поясни–ка.
— Перед да зад на кольчуге добротный, а вот бока из сплава медного, по цвету не отличить, он, как железо, а по прочности — дрянь, деревяшкой пробить можно, — рассказывает Колояр.
— Вот же сука, — не могу сдержать эмоций, понимая, чем это в будущем чревато.
Поляки, зная уязвимые места в кольчугах наших ратников, будут их туда и колоть. Переписка Здеслава с польским хмырём как раз об этом.
— Прости, барин, — поник кузнец, как нашкодивший.
— Да не ты, а Здеслав. И много наковал уже?
— Много, барин. На войско целое.
— Ладно, — выдохнул я. — Собирай подмастерьев, семью. И езжай в Малорыжково, найди Иллариона и всё ему расскажи, как есть. Скажи, я тебя нанял. На первое время приютят вас.
Затем в новый дом переберёшься, мы уже избы строить начали. Попозже кузню возведём, какую тебе надо, и дальше по ходу дела будем разбираться.
— Да как же я вот так всё брошу, — воет.
— Держи, — Сыплю десять золотых в каменную лапу. — Это на первое время. Повозку наймёшь.
— Барон меня не отпустит.
— Его самого вот–вот уже не отпустят, — посмеиваюсь. — Всё, Колояр, действуй. А я в Орёл сгоняю, через месяц вернусь.
Пожали друг другу руки. Зацепил я кольчугу одну, бросив своему дружиннику.
Взлетел на коня, и помчали к поместью Здеслава, разгоняя люд.
А там народа собралось, как на митинг. Стража городская рыщет по заднему двору, видимо, в надежде найти какие–нибудь улики. Дружинники барона тоже гуляют да стоят, человек сто военных набралось. Тут и глава городской стражи маячит, продолжая разбираться и брать показания барона.
Ворвались мы нагло прямо к воротам, что нараспашку.
— Кто такие⁉ — Возмутились стражники барона вместе с городскими.
