Возил хлеб в фургоне, работа нравилась, доставляла радость… Незаметно подошла старость, пенсии хватало, правда, не на все, но помогали выросшие дети, на шести сотках радовали глаз овощи… Потом начался ужас перестройки…
Золотишко Коля, вернее, теперь уже Николай Петрович, продал не сразу. Сначала проводил в Германию на постоянное место жительства сына и сноху. В душе жило недоумение: как же так, мы же их победили… Затем подалась в Америку дочь с семьей… Следом умерла жена. И остался Николай Петрович один-одинешенек, никому не нужный.
Вот и пошли в дело цацки из чемоданчика фрау, их хватило на десять лет вполне нормальной жизни. Картинку же, хранящуюся теперь на антресолях в газете, Степин за ценность не считал. В Третьяковку пошел только потому, что внучка как-то сказала:
– Это, дедуля, копия очень известной вещи, похоже, сделанная хорошим художником, небось денег стоит!
Но Руфина Михайловна, благоговейно державшая в руках работу, только кивала головой. Нет, это подлинник!!! Глуповатого Николая Петровича оказалось легко обвести вокруг пальца.
Искусствовед оставила работу у себя, велев старику прийти в понедельник.
– Есть у меня один знакомый богач, – улыбалась Руфина, – как раз такое собирает. Он вам, дедушка, хорошо заплатит.
– Дай бог тебе здоровья, дочка, – просипел Степин, покидая кабинет. – Уж помоги, хоть сколько дадут – и ладно.
Руфина Михайловна тут же позвонила Маше Говоровой. Галерейщица не поверила ушам.
– Леонардо? Ты ничего не перепутала?
– Нет, – клялась искусствовед, – абсолютно точно!
– Невероятно, – прошептала Маша и начала искать покупателя.
В нашей стране теперь тоже есть до омерзения обеспеченные люди. Журнал «Форбс», публикуя в конце каждого года список ста богатейших личностей земного шара, включил в него в 1999 году наряду с французом Дюпоном, американцем Биллом Гейтсом и немцем Кохом более десятка русских фамилий. Маша знала, что она обязательно отыщет того, кого заинтересует Леонардо. Жаль лишь, что полотно нельзя выставить на аукционы «Кристи» или «Сотбис», потому что неленивая Машенька перерыла гору литературы, просидела пару дней в Ленинке, но узнала подробности про «Тайную вечерю».
Дом в Аусхофе, замок, поразивший великолепием простоватого Колю и его товарищей, принадлежал барону Карлу фон Рутенбергу, известному коллекционеру. Венцом его собрания считался эскиз, а вернее, копия, сделанная маслом гениальным Леонардо."
"В 1945 году, при взятии Аусхофа, барон погиб, его жена и дочь тоже, а замок разграбили солдаты.
