– Дорогая Руфина, – вкрадчиво начала я, – вы мне очень симпатичны, поэтому я хочу вас предостеречь: будьте очень осторожны. Вы следующая на очереди…
– Куда? – прошептала дама.
Ее лоб неожиданно покрылся испариной, но рука, неподвижно лежащая под моей, оставалась холодной, очень холодной.
– К могиле, – пояснила я, – или к нише, если предпочитаете крематорий.
– Не понимаю, – пробормотала Руфина, – о чем вы?
– Женя Бармина, Катя Виноградова, Лена Федулова, Маша Говорова… Продолжить?
– Но я-то здесь с какого бока? – слабо сопротивлялась искусствовед.
– Меня просто попросили посидеть денек.
– Руфина, дорогая, подумайте сами, вы и Илья – единственные оставшиеся в живых из «синдиката великих художников». Всех убрала одна рука, скоро она доберется и до вас… Понимаете?
– Вы откуда? – промямлила дама. – Вы кто?
Я грустно улыбнулась:
– Та, которой все известно.
– Что, что вы хотите? – засуетилась дама. – Денег? Ей-богу, их у меня нет, я все в Наденьку вложила… Да если бы не она… Разве я согласилась бы на такое…
Изо рта полностью деморализованной, испуганной до ужаса женщины полились фразы.
"
"У Руфины нет мужа, зато есть обожаемая доченька Надюша. Поднимала ее женщина одна, на горбу волокла, зарплата сотрудника Третьяковки – просто крохи…
Несчастье случилось пять лет назад. Наденька, возвращаясь от подружки, попала под машину. Девочка сама была во всем виновата. Перебегала дорогу в неположенном месте, да еще вечером, при дождливой погоде. Спасибо, шофер оказался человеком порядочным, вызвал «Скорую»… Наденьку отвезли в Склифосовского.
Приговор врачей был суров: перелом позвоночника, вряд ли шестнадцатилетняя девочка опять начнет ходить…
Руфина Михайловна бросилась спасать дочь, подключив все силы: хирургов, ортопедов, мануальных терапевтов, экстрасенсов, иглоукалывателей… Сначала немногочисленные друзья охотно помогали женщине, давали в долг, но потом перестали, поняв, что скорей всего никогда не получат денежки назад. Руфина Михайловна кинулась распродавать немудреные колечки, серьги и оставшиеся от бабушки серебряные ложки…
Но потом пришел момент, когда из дома выносить стало нечего.
Руфина Михайловна даже точно помнила число, 13 апреля, когда ей на работу позвонили из больницы и обрадовали: у Надюши появилась чувствительность в правой ступне. Девочке помог один из костоправов, более того, специалист обещал в прямом смысле этого слова поставить Надю на ноги… Вопрос упирался только в деньги.
