– Ну, ерунда, зачем вы так расстроились! В этом возрасте они все себя Джульеттами мнят, – засмеялась врач. – Пройдет!
– Она беременна.
– Немедленно заставьте ее сделать аборт! – возмутилась Мартина. – У меня есть гинеколог знакомый, все шито-крыто провернем. Хотите, я с девочкой поговорю, объясню, что беременность в столь юном возрасте наносит вред организму матери и ребенка…
– Уже семь месяцев, – тихо вымолвила соседка.
– Да вы что, – ахнула Мартина, – как же так!
– Не заметила, – каялась Марья Михайловна, – вижу, потолстела она чуть, так решила, что слишком много сладкого ест.
Голые мы дома не ходим… Чуть не скончалась, когда узнала.
– Ну дела, – качала головой врач, – а кто отец?
– Ужас, – вздохнула Марья Михайловна, – просто катастрофа. Жутко неотесанный парень, грубый, ничего не читал в своей жизни, кроме программы телевидения, родители – алкоголики… И как только он в художественную школу попал! Одним словом, могло быть хуже, да некуда. И он будет жить тут!
– Ну его в армию возьмут небось, а Леночка за два года передумает.
Марья Михайловна покачала головой:
– Во-первых, ребенок все равно родится, помешать этому событию уже нельзя, а потом…
Она замолчала.
– Не пускайте их к себе жить, – возмутилась Мартина, – представляете, что начнется? Парень этот, возможно, тоже пить затеет… Хотя в армию возьмут.
– Да никуда его не заберут! – в сердцах воскликнула соседка. – Другие жуткие деньги платят, чтобы избавиться от службы, в институты рвутся, абы куда, лишь бы с военной кафедрой, а этому повезло!
– В чем?
– Мать-алкоголичка, – пожала плечами Марья Михайловна, – вот и родила урода, пальцев у него нет на левой ступне, признали негодным…
– Что же Леночка в нем нашла?
– Не знаю…
– Все равно к себе не пускайте, – советовала Мартина, – раз такие взрослые, пусть у алкоголички поживут, может, тогда Лена поймет…
– Понимаешь, – вздохнула Марья Михайловна, – я не могу с ней конфликтовать.
– Почему?
– Так квартира ее.
– Но вы же здесь всю жизнь живете? – изумилась Мартина.
– Нет, – покачала головой Марья Михайловна, – ты, Тиночка, в этом доме с рождения, ну-ка вспомни, когда ты меня первый раз увидела, ну?
Мартина задумалась:
– Вы шли с Людмилой, у нее был огромный живот, она меня увидела и говорит: «Знакомься, Тинуша, это моя сестра, старшая…»
– Вот-вот, – сказала Марья Михайловна, – у нас мать одна, а отцы разные, но мы все равно дружили, поэтому, когда Мила забеременела, я к ним с мамой переехала, чтобы помочь.
