Слава богу, это просто аферисты, невесть как добывшие наш адрес! Вот был бы кошмар, если бы папа Олега и впрямь оказался таким!"
"Муж выпрямился и сказал:
– Простите, вы не из Ставрополя? Из криминалистической лаборатории? Помнится…
– Немедленно прекрати паясничать, – рявкнул Аким, – какое хамство! Счастье, что Нина не дожила до такого позора. Я, между прочим, всегда говорил: человек, неспособный выучить стихотворение Пушкина «Пророк», никогда не добьется в жизни успеха!
Внезапно я увидела, как лицо Олега залила синева.
Обычно его щеки и лоб, как у всех гипертоников, имеют слишком розовый оттенок, а в минуту гнева он и вовсе становится похожим на переваренную свеклу, но сегодня муж сравнялся по цвету с обезжиренным кефиром «Био-макс». Куприн лихорадочно полазил по карманам, вытащил очки, водрузил их на нос и потрясенно прошептал:
– Ты?
– Естественно, я, – фыркнул Аким. – У тебя что, несколько отцов? Имею в виду, конечно, родных, а не тех, которых приводила Нина, получив свободу, которую она, естественно, решила использовать неправильно.
Внезапно Олег посинел еще больше и замогильным голосом произнес:
– Пройдите в гостиную, сюда, налево.
Аким Николаевич нахмурился:
– Нам с дороги требуется помыться, да и не ели мы ничего с утра, с трудом твой дом нашли. По справочной дали другой адрес, там какие-то людишки живут.
– Олег сдает свою квартиру, – сообщила Кристя.
– Когда взрослые разговаривают, дети молчат, – мигом отрезал Аким.
– Идите в комнату, – велел Олег и почти втолкнул папеньку в гостиную, захлопнув за собой поплотней дверь.
Мы уставились на Филиппа. Мужик поежился под нашими взглядами.
– Хотите чаю? – вежливо осведомилась Томуся.
– С превеликим удовольствием, – отозвался гость.
Мы прошли на кухню. Тамарочка быстро наполнила тарелку гостя ароматной свининой и печеной картошкой.
– Вы великолепно готовите, – благодарно пробормотал Филя с набитым ртом.
Тут только я увидела, что он до отвращения похож на Олега. Те же глаза, тот же нос и подбородок, только уголки рта у него стекали вниз, придавая лицу обиженное выражение.
Отчего-то мне стало совсем не по себе.
– Извините, – пробормотала я, отодвигая чашку с чаем, – голова разболелась, пойду лягу.
Томуська бросила на меня быстрый взгляд:
– Конечно, Вилка, отдыхай.
Я пошла к двери.
– Ну и что привело вас к нам? – обратилась Тома к гостю.
Уже выходя в коридор, я услышала ответ мужика:
– Диссертацию приехал защищать, кандидатскую.
