Я тихо вздрагиваю, когда он бьет одного из них с такой силой, что его лицо откидывается в сторону, а кровь затекает на его маску, которая трескается пополам.
Я мельком вижу, как кто-то идет в оцепенении со стрелой, застрявшей в плече, и безвольной рукой, болтающейся с боку.
Номера исключенных участников объявляются этим искаженным роботизированным голосом, иногда один за другим. Думаю, этот процесс происходит автоматически, потому что всякий раз, когда я мельком вижу, как в кого-то попадает стрела или дубинка Оранжевой Маски, его номер тут же объявляется.
На протяжении всего этого фрик-шоу я не двигаюсь, а если и двигаюсь, то только для того, чтобы немного сменить позу.
Где ты, Лэн?
Хотя я и горжусь своей выносливостью, я, вероятно, не смогу просидеть здесь еще столько же, не меняя положения.
Возможно, мне следует стратегически переместиться в другой уголок этого экстравагантного леса на случай, если мой брат на другой стороне…
Внезапный холодок пробегает по моей шее сзади, сменяясь обжигающим жаром, когда глубокий рокочущий голос шепчет мне на ухо:
— Почему ты не бежишь?
Мои органы чувств переполняет поток внешних раздражителей, и мозг не в состоянии справиться с перегрузкой.
Я теряю равновесие и падаю на задницу, ударяясь о землю с гулким эхом в костях.
Я поднимаю взгляд, и мои глаза сталкиваются с Желтой Маской, испещренной темно-красными вкраплениями.
Кровь.
Она повсюду — прилипла к маске, испачкала темную рубашку, растеклась по шее, покрыла татуировки на тыльной стороне рук, словно перчатки, и прилипла к прядям его черных волос, волнами спадающих до лопаток.
Тошнота наполняет мой рот и проникает прямо в мой проклятый мозг.
Тик.
Тик.
Тик тик тик тик…
— Ты не ответил на вопрос, — грубый тон Желтой Маски проникает в мое горло и заглушает тошноту, заменяя ее ужасом."
"Суровым и пронзительным.
Хуже всего то, что я не могу дышать.
Он наклоняется совсем близко.
Так близко, что мои ноздри наполняет металлический запах крови, сигарет, алкоголя и легкий привкус мяты и бергамота.
Ошеломляющая смесь течет и затопляет мои чувства, как хаотичный водоворот красок, которые смешиваются и поглощают каждый пигмент, пока не останавливаются на непритязательном сером цвете.
Безупречном. Неподвластном времени. Пустом.
Желтая Маска, которая может быть только Николаем, тычет мне в лоб окровавленным пальцем.
