Хотя убедить его в этом невозможно, когда я уже двадцать четыре часа нахожусь в отключке.
С тех самых пор, как я увидел ту отвратительную сцену с Кларой.
В то время как у него есть только одна фотография с ней в его IG, она определенно выставляет его напоказ в своем.
Мой мужчина x
Малыш, ты сохраняешь мне жизнь x
Разве он не самый красивый мужчина на свете? х
Люблю тебя, секси х
Бла-бла-бла.
Судя по ее подписям, они вместе уже около двух лет.
Да пошел он нахуй.
Моя сестра Майя, семейный детектив по социальным сетям, сказала, что то сходятся, то расходятся.
Она подумала, что я хочу трахнуть Клару, на что сморщила нос и сказала мне держаться от нее подальше, потому что та слишком сильно зациклена на этом Брэндоне, и я не смогу ее переубедить.
Мне было наплевать на это. Но вот один кусочек информации остался в моей голове.
В течение двух лет.
Интересно.
В любом случае, мне все равно, потому что я расслабляюсь. В бассейне, плаваю лицом вниз. Живу своей лучшей жизнью.
Здесь я могу заснуть.
Чудесно.
Хотя, скорее всего, я умру, а это не совсем удобно.
Ну и ладно. Я просто побуду здесь еще немного, чтобы расслабиться. Мне, черт возьми, нужно не шевелиться ни секунды и не предаваться глупым мыслям о том, что, может быть, мне стоит завтра выйти на утреннюю пробежку.
Сегодня я этого не сделал, потому что, если бы снова увидел хорошенькую Клару, у меня возник бы соблазн подправить немного ее черты лица. А у меня никогда, и я имею в виду никогда, не возникает мыслей о насилии по отношению к девушкам вообще.
Мама воспитала меня в духе уважения к женщинам. Подбадривать их, а не унижать.
Но что-то в этой Кларе…
Суматоха выводит меня из мирного созерцания, наполненного кровью. Много крови, хлещущей из всех ее гребаных дыр.
Задыхаясь, я поднимаюсь из воды и смотрю на часы. Три минуты и пятьдесят пять секунд. Неплохо.
Я занимаюсь дыхательными тренировками уже три года, и время, которое я провожу без дыхания, увеличивается.
Не считая езды на байке с Джереми, это единственный метод, который помогает мне расслабиться.
Наверное, потому что в это время я почти мертв.
Есть еще жестокое обращение с людьми, но это только подстегивает меня, а не выводит из фазы, пропитанной кровью.
Учитывая склонность моего мозга в неудачные моменты взлетать как коршун, мне пришлось найти механизм преодоления этой громкой фазы.
Я приподнялся на бортике нашего крытого бассейна, расположенного на подземном уровне особняка.
