Мое сердце так сильно колотится в груди, что я удивляюсь, как он его не слышит.
— Цветок лотоса…? Что ты здесь делаешь?
Моя рука перестает тянуть за волосы, и я клянусь, что никогда не чувствовал такого облегчения, как в тот момент, когда он назвал меня так, а не моим настоящим именем. Но, опять же, его речь невнятная, так что, возможно, он все еще под наркотиками и не понимает, о чем говорит."
"Я убираю руку со своего затылка и беру нож, а затем начинаю разрезать веревку, пытаясь сохранять спокойствие и не поглаживать каждый изгиб его мышц, пока говорю своим фирменным бесстрастным тоном.
— Это ты в моем доме. Не мог просто остаться в стороне?
Я чувствую, как вздымается грудь Николая под моими руками, и краем глаза замечаю его ухмылку, когда он понижает голос.
— Как еще я мог увидеть, что ты так очаровательно беспокоишься обо мне?
— Я не беспокоюсь о тебе, и не называй меня больше, черт возьми, очаровательным.
— Вау. Опрятный мальчик умеет ругаться.
— Заткнись, или я оставлю тебя на несуществующую милость моего брата и кузенов.
— Если бы я знал, что увижу тебя с этой стороны, давным-давно бы позволил себя похитить.
Я смотрю на него, моя грудь болит, а сердце умоляет о чем-то. О чем угодно.
— Ты с ума сошел?
Николай пожимает плечами.
— Возможно.
Я испускаю долгий вздох.
— Я освобожу тебя и оставлю заднюю дверь открытой, тебе придется самому искать выход.
— Нет.
От нового голоса я замираю и начинаю паниковать. Как долго он был здесь?
Я выпрямляюсь и медленно поворачиваюсь.
— Крей.
Дерьмо.
Все это происходит из-за его мести. Мне нужно вытащить Николая отсюда. Немедленно.
У меня ужасное предчувствие.
Все еще повернувшись боком, я продолжал разрезать веревки Николая, стараясь делать свои движения как можно менее заметными.
Крей, однако, все равно замечает их и рявкает:
— Отойди.
— Это неправильно, и ты это знаешь…
— Отойди на хрен, Брэн. Второй раз повторять не буду.
Я так и делаю, опуская руку с ножом, когда смотрю на своего кузена.
— Убирайся, — приказывает он.
Это на него не похоже. Он ослеплен местью и даже не замечает меня. Я единственный человек, которого он действительно ищет для общения, потому что нам обоим комфортно в тишине, и мы не чувствуем необходимости ее заполнять.
Он покладистый и предпочитает сон всему остальному, но при этом любит сражаться и унаследовал гены Кингов больше, чем я.
Это первый раз, когда я вижу Крея таким неуравновешенным и неуправляемым.
