Знаешь, как тогда, когда ты умолял меня тебя трахнуть.
Брэн:Я не УМОЛЯЛ тебя. Господи.
Николай:Давай запомним это как *эмодзи баклажана* *эмодзи персика* *эмодзи брызг воды*.
Брэн:Просто уйди.
Николай:Блять. Я бы заплатил, чтобы увидеть твое лицо прямо сейчас. Я серьезно. Ты в порядке?
Брэн:А почему не должен быть?
Николай:Это был твой первый раз, и ты не позволил мне позаботиться о тебе после, так что я немного беспокоюсь.
Брэн:Я в порядке. Я могу о себе позаботиться.
Ты часто это делаешь?
Николай:Что делаю?
Брэн:Заботишься о своих приятелях по сексу.
И тогда меня осенило. Я никогда о них не заботился. Не вынужденно, я имею в виду. Большинство из них опытные, и мне не нравятся хлопоты с детками-бисексуалами, если они не подготовились заранее.
Николай:Не совсем. Ты особенный. И твой большой член и сексуальная попка тоже. Ты правда в порядке? Я знаю, что у меня огромный.
Брэн:Не слишком ли много высокомерия?
Николай:Ты знаешь, что это так. И ты не ответил на мой вопрос. Ты действительно в порядке? Скажи мне правду.
Брэн:Немного побаливает, но я в порядке.
Николай:Фото или я не поверю.
Брэн:Николай, нет.
Николай:Малыш, пожалуйста? Мне нужно увидеть тебя хоть мельком. Даже если это будет только твое лицо.
Брэн:Ты пропустил ту часть, где я сказал, что на учебе?
Николай:Отлично. Тогда я буду первым.
Я обхватываю пальцами свой увеличивающийся в размерах член и делаю несколько снимков, а затем отправляю их ему.
Брэн:Николай! Какого черта ты присылаешь мне фотографии своего члена, когда я сказал тебе, что нахожусь в общественном месте?
Николай:Чтобы составить тебе компанию.
Тебе лучше думать о моем члене, потому что я не могу перестать думать о твоем. Мне нужно снова трахнуть тебя, малыш. Я возбуждаюсь при мысли о том, как буду трахать твою задницу.
Брэн:Я отключаю звук.
Я улыбаюсь, представляя его смущенное выражение лица, затем решаю, что достаточно помучил себя на некоторое время, и заканчиваю переписку. И я не соврал. Теперь я действительно возбужден.
Брэн:Кстати, я заметил, что у тебя дома нет еды, поэтому заказал тебе на завтрак итальянскую выпечку.
Я ухмыляюсь.
Он любит меня. Я просто знаю, что любит.
Ладно, не любит, но ему не все равно, а это уже неплохое начало.
Оказывается, все были обеспокоены моим исчезновением вчера вечером.
Джереми связался с полицией и все такое, потому что воспринял мои слова об убийстве невинных девушек всерьез.
Он умеет драматизировать.
