Этот факт причиняет какое-то странное беспокойство, ранит.
Отправляю ребят во взрослую и счастливую совместную жизнь, а сама подхватываю ворчуна-кота и возвращаюсь в свою, скучную и пресную. И одинокую. Туда, где все просто и понятно. Где нет никаких ожиданий и бурь страстей.
Открываю ноутбук и принимаюсь работать. Чем страдать и постоянно зря тратить время, лучше заняться работой, ведь ее у меня накопилось вовсе не мало. Разбираю фотографии, редактирую их. Как раз работаю со съемкой, которую мы проводили вместе с Эндрю.
Уж не знаю, что у них там случилось с Ингой, но после того неудавшегося свидания парень перестал меня беспокоить.
Звучит сигнал сообщения, и я беру в руки телефон. Номер незнаком, но отчего-то я догадываюсь, кто это может быть.
Слава: «А ты знаешь, что в море Лаптевых живет свыше двадцати пяти тысяч китов?»
Быстро моргаю. Может, привиделось? Не успеваю опомниться, как прилетает второе сообщение:
Слава: «А еще на берегу этого моря нет ни одного населенного пункта».
Набираю ответ:
Таня: «Я в некотором роде нахожусь в смятении.
»
Слава: «Да, меня тоже удивил этот факт. Это все потому, что климат на море очень суров.»
Таня: «Я же совсем не об этом.»
Телефон звонит, и я спешу ответить. Сердце выскакивает из груди, стучит, как заведенное.
— Привет, морковка, — голос звучит приглушенно.
— Привет, — выдыхаю. — Зачем ты мне все это пишешь?
— Я застрял в аэропорту на Дальнем Востоке.
— Вот это да! — искренне удивляюсь. — Что ты делаешь там?
— Скажем так, приобщаюсь к семейному бизнесу.
Отец отправил налаживать контакты.
— Наладил? — улыбаюсь.
— Сомневаешься во мне? — хмыкает.
— Нет. Ты болтлив. Полагаю, с этим проблем у тебя не возникло.
— Точно. Теперь я уже больше десяти часов жду свой рейс, но вылет постоянно переносят.
— Сочувствую, — и мысленно выдыхаю.
Он исчез, потому что был на другом конце света и с большой разницей во времени со мной.
— Спасибо, рыжуля. Но знаешь, тут есть очень интересные брошюры о Дальнем Востоке. Я зачитался, правда. А еще я честно хотел дать тебе пространство без себя, поэтому не писал и не звонил.
Чтобы ты соскучилась, затосковала там в одиночестве. Но не сдержался, прости. Думаю о тебе постоянно.
Сглатываю. Камень с души падает вниз и разбивается, превращаясь в пыль.
— Во-первых, я не одна, — откашливаюсь, выравнивая голос. — Со мной Василий. Во-вторых, мы же вроде как договорились, что не имеет смысла продолжать общение? В-третьих, времени на скуку у меня нет, дел накопилось много.
