Слава открывает и закрывает рот:
— Злата — дочь моего брата Влада!
Хватаю ртом воздух, как рыба, выброшенная на лед. Значит, я все не так поняла. С души падает огромная бетонная плита. Отмахиваюсь от Волкова и разворачиваюсь. Снова бегу куда глаза глядят, не разбирая дороги. Позади бежит Слава и на ходу что-то кричит мне, пытается остановить, но меня уже накрывает паникой. В голове полнейший кавардак.
— Таня! Да остановись! Так ты его не найдешь.
Он перехватывает меня и обнимает, прижимает к себе. Обхватывает мою голову и притягивает к своей груди.
Я слышу, как быстро бьется его сердце. Не могу сдержать слез и снова плачу при нем. Наверняка это все от нервов, оттого, что внутри меня вот уже который день, если не год, растекается месиво из кровавой боли.
— Ну зачем ты снова появился в моей жизни, — хриплю Славе в футболку и сжимаю ее в кулаке. — Я же только жить начала, только выдохнула! Ты во всем виноват.
— Давай, — гладит меня по спине, чувствую, как его губы касаются виска. — Выскажи мне все.
Потому что, Тань, я уже нихрена не понимаю.
Упираю руки ему в грудь и поднимаю глаза. Из-за мокрой пелены картинка размывается, но даже так я вижу тревогу во взгляде парня.
— Высказать? — спрашиваю спокойно, даже отстраненно. — Мне нечего тебе сказать, Слава.
— Почему ты бежишь от меня как от огня? Я ничего не помню, не понимаю, Тань! — спрашивает с горечью и смотрит на меня потерянным взглядом."
"— Удобно иметь выборочную память, — невесело усмехаюсь и вытираю слезы, затем поднимаю взгляд и смотрю уверенно в темные глаза напротив.
— Напомнить, как пришла к тебе? Как сказала, что беременна от тебя? Ты тогда обозвал меня охотницей за бабками и шлюхой. Смеялся надо мной, унижал. А ведь у меня до тебя никого не было, Слав.
По его лицу проходит нервная дрожь, и он весь будто сереет на глазах.
— Т-ты что? О чем ты, мать твою?!
— Ты дал мне денег на аборт, Слава. Знаешь, что я сделала с ними?
Отшатывается, как от пощечины. Трясет головой, у него в глазах собираются слезы, но ни одна из них не падает вниз.
— Нет, — хрипло. — Нет! Скажи, что ты не сделала этого!
Последнее выкрикивает. Парадоксально, но в этот момент мне так спокойно становится на душе. Вовсе не от радости из-за того, что Слава раздавлен. Я будто отпускаю сама себе этот грех, перекладываю его на другие плечи. Я несла бремя этой ошибки пять лет, теперь его очередь.
— Как ты понял, детей у меня нет, — развожу руками. Из меня разом выходит вся спесь.
