— А ты мне совсем не помогаешь, только давление из-за тебя поднимается!
— Скажи, как мне не кричать, когда ты, вместо того, чтобы ехать рожать в больницу, плещешься в ванной!
— Ну что ж ты непробиваемый такой! Да у меня схватки еще несколько часов могут длиться! Я не хочу лежать все это время в больнице. Хочу в комфортных, домашних условиях.
— Ага. Ага. Родить ты тоже собираешься в комфортных домашних условиях?
Ходит из угла в угол.
— Ар-р-р! Да ты вообще не слышишь меня?!
Стону от схватки.
— Вот! — кивает показательно.
— Очень даже слышу! Я звоню в скорую!
— Только попробуй!
Срывается, садится на пол, прижимает свой лоб к моему и шепчет горячо:
— Скажи, что мне сделать, Танечка? Скажи, я все сделаю. Все что угодно, девочка.
— Просто будь рядом, скажи, что любишь, — прошу, хныча.
— Люблю. Больше жизни люблю! Если бы можно было забрать твою боль, я бы сделал это.
— И даже родил бы за меня?
— Э-э-э-э, — чешет репу.
— Ну и сволочь ты, Волков, — замахиваюсь на него.
Перехватывает мои руки, целует пальчики:
— Успокойся.
Я рядом. Потом будешь лупить меня сколько влезет, а пока ш-ш-ш, — целует мой мокрый от пота висок.
И я действительно успокаиваюсь. Проживаем с ним это вместе, я постоянно в контакте с доулой. Она координирует процесс, говорит, что делать, как дышать. Потом по ее команде Слава везет меня в роддом.
Тут уже нас ждет бригада и врач, с которым я договорилась заранее.
— Папа будет с нами рожать? — спрашивает врач.
— Нет, — качаю головой.
— Чего это? — удивляется Слава и шепчет мне на ухо: — В болезни и здравии, помнишь?
— Помню.
А дальше все как в тумане. Команды, уговоры, ласковый спокойный шепот Славы. Крик мой, крик ребенка — и легкость.
— Поздравляю, у вас девочка, три пятьсот, — кладут ее мне на живот.
Гладим дочку со Славой, он целует ее, меня. Окутывает своим теплом и самым родным на свете запахом. Говорит такие важные слова. О любви и о том, что он самый счастливый человек на всем свете.
Дни в роддоме тоже проходят быстро. Доченька потихоньку набирает вес, а я постепенно прихожу в себя.
На выписке нас встречает семейство Волковых в полном составе. А еще моя бабушка. Мама за тысячи километров. Она иногда пишет мне, но все больше передает приветы через бабушку. Это ничего. Москва тоже не сразу строилась. Я верю в нее. Было бы неплохо, если бы она сама поверила в себя.
Дома куча шаров, цветов. Семейство тактично отказывается зайти в квартиру, настаивая на том, что сейчас нам нужен покой.
