— Меня должно было это остановить? — выгибает бровь. — Ты уже не девственница, прекращай вырываться. Дело нужно довести до конца или ты потом мужика к себе не подпустишь, — чувствую, как пульсирует внутри его член, распирает мои стеночки. Для первого девичьего раза такой размер точно не подходит. Как и поза, в которой я лишилась девственности. — Я сам голову потерял, даже про резину не вспомнил, а со мной такого лет десять точно не происходило, — то ли злится, демонстрируя оскал, то ли ему тяжело удерживать мой вес. Слова Демьяна о том, что он потерял голову, мне неинтересны.
— Мне больно, — пытаюсь сползти вниз, да кто же мне даст.
— Становиться женщиной больно, ты не знала? Вини природу, а не меня, — подмигивает мне. Его легкое отношение с одной стороны злит, с другой успокаивает. Мне не хочется себя жалеть. — Не дергайся, быстрее отпустит, — ни грамма сочувствия в голосе. Если кто-то мечтал о первом романтичном разе, то это точно не к Демону.
— Отпусти! — бью по плечам ладонями, но не врываюсь.
— Только после того, как ты красиво кончишь на моем члене.
Расслабься, дикая кошка.
Еще один называет меня кошкой! Этого я хоть исцарапала, причем заслуженно."
"— Пздц, как меня кроет! Ты там такая узкая, тугая, — толкается в меня, автоматически зажимаюсь, в страхе ощутить боль. — Ты мне член сломаешь, расслабься, — сквозь зубы. Кусает сосок тут же его зализывает.
Действительно отвлекает от боли там внизу, не обделяет вниманием ни одну грудь, она у меня оказывается очень чувствительная. Его губы везде: облизывает шею, целует, посасывает ухо, покусывая мочку, обводит кончиком языка ушную раковину.
Поступаю опрометчиво, потом я буду себя винить и сжирать, но сейчас позволяю раствориться в этих ощущениях. Кайсынов дарит столько эмоций, что мне не хватает воздуха, не получается сделать глоток, хотя я жадно хватаю его ртом, но захлебываюсь чувственными переживаниями.
— Молодец кошка, а теперь можешь пошипеть и даже выпустить коготки, — отпускает мои руки, они падают на его плечи. Подхватив меня под ягодицы, принимается насаживать на себя, — отдаюсь.
Жалеть буду позже. Рано или поздно это бы все равно произошло, так пусть с парнем, который мне нравится вопреки всем доводов разума. Я погружаюсь в свою собственную нирвану, забывая, что мне обязательно будет больно. А мне будет, ведь ничего серьезного между нами нет. Демон — не мой парень.
Боль смешивается с удовольствием, я теряюсь где-то на этой грани. Мы целуемся, я царапаю ему плечи. Пометить желания нет.
