И вспоминать Белова без разрывающих душу мыслей.
Теперь просто надо сосредоточиться на насущном.
И первое – объясниться с Владом. Я очень хорошо помню, что он мне говорил. И если раньше мне было очень обидно от его слов, от своей ненужности ему. То теперь я полностью с ним согласна. Мы – из разных миров. Мне нет места в его, а ему нечего делать в моем.
Я думаю, если он отбросит в сторону самолюбие, то согласится со мной, что так будет лучше. Всем нам. Достаточно потрясений. Я хочу спокойно выносить своего ребенка и спокойно растить его.
Подальше от шумной Москвы, в тихой зелени средней полосы России. Быть счастливой самой и дарить счастье своим детям.
У нас с Холодовым с самого начала не было ни единого шанса. Мы – разные.
А все остальное всего лишь случайность.
В двери палаты стучат и, не дожидаясь приглашения, Холодов заходит ко мне.
– Хорошо, что ты пришел. Мне нужно тебе кое-что сказать, – обращаюсь к нему ровно, без следа прошлой истерики.
Пора ему меня услышать.
У Влада на лице появляется невеселая улыбка.
– Кажется, я не хочу это слышать. Но ты решила не оставлять мне выбора? Да?
Мне все равно, чего он хочет или не хочет. Мне нужна безопасность. А сейчас я не доверю ее ни одному мужчине. В моем представлении мужчина должен ухаживать за женщиной, показать ей свою надежность. А Влад? Он хочет завести меня у себя дома в качестве домашнего питомца.
А я? Чего хочу я?
Пробегаюсь по нему быстрым взглядом. Да, красивый. Да, уверенный в себе. Весь его облик бьет по чему-то женскому во мне бешеной энергетикой.
Внутри что-то сжимается, протестуя против того, что я собираюсь сделать. До боли. Когда я успела к нему прикипеть? На мгновение представляю, что мы живем вместе, засыпаем и просыпаемся в одной постели, вместе завтракаем, обедаем и ужинаем, растим общего ребенка. Боль внутри меня становится непереносимой.
Такой, что я вынуждена себя одернуть.
Это всего лишь мечты, Олеся. А реальность, она – другая.
Перед моими глазами мелькают воспоминания: взбешенный Савва с налитыми кровью глазами.
А ведь он тоже много чего мне обещал, говорил, что любит больше жизни.
Хотя Влад себя такой ерундой даже не утруждает. И это, по крайней мере, честно.
Заканчиваю копаться в себе.
– Когда меня выпишут, я уеду в Воронеж, – всматриваюсь в мужественное лицо, стараясь прочесть его мысли.
Но безуспешно.
Поэтому продолжаю:"
"– Я прошу тебя помочь с документами Матвея. Мне бы не хотелось идти в школу и там скандалить.
Он старается не смотреть мне в глаза.
