Садилась не резко, помня, что головой двигать надо осторожно.
Сначала девушка смотрела прямо перед собой, ничего не видя.
Не в состоянии принять действительность.
Потом снова посмотрела на того, с кем провела ночь.
То, что именно провела, не вызывало сомнений. Сейчас, по мере того, как Таня приходила в себя, пусть и с большим трудом, она почувствовала, как тело ломит. Каждая клеточка. Каждая мышца. Точно снова с тетей и сестрой они обрабатывали огород у бабушки, ставя местные рекорды по прополке травы. На следующее утро невозможно ни ходить, ни тем более приседать.
И поясницу очень явственно чувствуешь.
Так и сейчас. Таня села, и все ее тело заныло.
Девушка опустила взгляд вниз.
Обнажена…
Черт.
Черт! Черт!
Значит, всё-таки секс был.
Конечно, был! Кого она обманывает! Соски побаливают, между ног тоже чувствуется дискомфорт.
Что. Тут. Произошло?!
Таня снова закрыла глаза. Ей захотелось исчезнуть, испариться, вернуться в родной город и ничего не вспоминать. Ни о чем не думать. Забыть, сделать вид, что этой по всем параметрам сумасшедшей ночи не было.
Паника липкими присосками пробиралась к душе Татьяны, вызывая яростный протест. Не могло с ней произойти ничего подобного! Она не могла проснуться черте где с черт знаем кем. Предварительно занимаясь… Таня не додумала мысль, проведя рукой по лицу и смахивая наваждение.
Ей двадцать три. Вполне взрослая девочка, чтобы нести ответственность за происшедшее.
Большинство её знакомых и подруг, оказавшись в подобной ситуации, лишь пожали бы плечами.
Ну да, неприятно, но с кем не бывает? Особенно после крутой вечеринки.
В правом виске простельнуло, и Таня надавила на него двумя пальцами. Ни за что в жизни больше не будет пить. Никогда. Ничего.
Она и не выпивала. Могла за вечер выцедить бокал вина или один коктейль. Крестная с бабушкой с раннего детства им с Инной вдалбливали мысль, что женщины и алкоголь – это зло. Таня ни разу не видела, чтобы бабушка выпивала. Даже после баньки. Ни пива, ни местной наливки. Только квас. Поэтому Таня и Инна росли с убеждением, что алкоголь туманит голову и вредит здоровью.
Сегодня она в этом убедилась.
Вернее, наверное, вчера.
Но почему она ничего не помнит?
Кстати…
О подругах. Где Кэт? Где Лиза? Соня? Они должны быть рядом.
Должны, да не обязаны, прокомментировал ехидный голосок в голове.
Тут впору истерически рассмеяться.
Прямо классика жанра.
Лас-Вегас. Незнакомый номер. И голый мужчина рядом.
Правда, накануне был не мальчишник, а девичник.
