— Ну, не тяните бабу за сиськи, — прогудел Тур, — Рассказывайте, что нашли.
— Следы, — кивнул я, немного помолчал, бросил кусок мешковины на землю и добавил, — И вот это.
— И что это значит? — поинтересовался Роберт, тыкая мешковину прутиком. Брать в руки её никто не решился. А я уже успел пожалеть, что так затупил. Днём меч прокаливал после одного прикосновения к плоти этого существа, а сейчас его спидозный сопливчик облапал со всех сторон. Да уж, Генри. Ты редко тупишь, но когда делаешь это, то делаешь основательно и со вкусом.
Ну и херли мне теперь с рукавицей делать? Выкинуть? Или спалить от греха подальше? Твою ж мать…
— Что спокойно и крепко спать нам сегодня явно не судьба, — сказал я, стащив с руки испоганенную вещицу и внимательно осмотрев её, — Твари, обитающие в здешних лесах, обратили на нас своё внимание. Не знаю, какие у них намерения и не хочу знать. Могу лишь сказать, что одна из этих сук сумела подобраться довольно близко к лагерю, — я выхватил у сержанта из рук фляжку, к которой он только-только собирался приложиться, и полил ей кожаную основу латной рукавицы.
Вообще-то технически это была обычная кожаная перчатка, прикрытая с одной стороны пластинчатой крагой, но… Такое уж за ней закрепилось название, — Посему всем сохранять бдительность. И для особо талантливых повторю — если увидите что-то подозрительное, то сначала поднимайте тревогу, а потом уже пытайтесь это подстрелить.
— На этом всё, — продолжил за меня Бернард, убирая обратно фляжку, — Торгаши могут быть свободны, а вы парни, давайте ка на боковую.
Вам ещё вторую половину ночи стоять, и не дай бог кто-то из вас уснёт на своём посту. Лично шкуру спущу!
Народ начал потихоньку расходится к своим лежакам.
Костёр догорел, и лишь подёрнутые тонкой серой плёнкой пепла угли ещё изредка потрескивали, то и дело, плюясь крошечными огненными мотыльками. На залитом кровью небе начали проступать первые искорки далёких звёзд.
Воздух заполнило тихое стрекотание сверчков, провожавших заходящее солнце своей прощальной песней."
"Рядом, с трудом умостившись на соломенной подстилке и укрывшись куском мешковины, сопела Айлин. После Вестгардской заварушки девушка довольно сильно переменила ко мне отношение. Выражалось это в довольно специфичной форме — радикальном сокращении количества попыток подъебнуть за какой-нибудь косяк и поставить под сомнение очередное моё решение.
