— Куда? Зачем?
Я попытался встать, но в плащ вцепилась чья-то крепкая рука. Рванула в сторону и поволокла прямо по размоченному дождём дерьму, внутрь сарая, из глубины которого слышалось хрюканье растревоженных свиней.
— Не слышал? Тамчто-то хлюпало. Может шароёбится кто по темнякам.
— Хряк твой хлюпает и шароёбится. Поди опять пошёл в дерьме валяться, только и всего.
— Но всё равно, надо бы проверить.
— Тебе надо, ты и иди. Иди-иди отседова. Пока у нас от тебя пиво в крынке не скисло!
Послышалось дружное ржание нескольких глоток.
Похоже, удача нам улыбалась. Дозорные и патрули были сегодня навеселе.
Бернард заволок меня в сарай, помог подняться. Поднёс палец к губам, жестом показывая, мол, ни слова. Свиньи встревоженно хрюкали, храпели и месили жидкую грязь стараясь забиться поплотнее в угол строения, которое уже начинало понемногу крениться под их весом.
— Эй Тинг. Иди ко мне дружок. К ноге! — крикнули с той стороны. В ответ послышался громкий лай собаки.
— Блять, — выругался Бернард, приподнимаясь и направляясь к выходу из сарая, — Надо уходить.
Быстро. Собака нас учует, даже если мы по уши в дерьмо закопаемся!
— Погоди, — одёрнул его я, — Пса беру на себя. Сможешь бесшумно убрать дозорного?"
"Сержант молча кивнул.
— Хорошо. Если всё получится, пёс замрёт на несколько секунд. Разделайся с дозорным, а потом вскрой горло и ему, чтоб гавкать не мог.
Снова молчаливый кивок. Холодный блеск серой стали, на мгновение промелькнувший под плащом. Глухая, напряжённая тишина, нарушаемая лишь хрюканьем свиней, да шелестом дождя.
Я прикрыл глаза. Сосредоточился. Начал вытягивать из кончиков пальцев тонкие энергетические щупы, подбираясь ими к узкому проходу между свинарником и избой. Туда, откуда должны были вот-вот показаться дозорный с собакой. Времени у нас будет всего секунда, если не меньше, прежде чем пёс поднимет лай.
Внезапно мир перестал существовать. Провалился в чёрное ничто, окутавшее меня холодным, колышущемся туманом. На несколько мгновений уши забила глухая, тяжелая тишина.
Затем, в тишине появился голос. Тихий шёпот заполонил собой всё окружающее пространство.
«Иди к нам. Слейся с нами. Стань нами.»
Твою мать, только не сейчас!
Я попробовал сопротивляться. Пульсирующая боль раскалёнными гвоздями впилась в виски. Шёпот стал громче. Перерос в крик. В рёв. Но отступать было некуда. Я рванулся. Усилием воли отодвинул клубящийся, шепчущий полог. И увидел.
За пологом была комната.
