Рядом покоился прихват, чуть поодаль лежал садник на длинной ручке (лопата для запекания хлеба). Посреди комнаты стоял крепкий дубовый стол. Чуть дальше в углу — широкая двуспальная кровать набитая сеном, и застланная пусть и грубой, но чистой периной. А в противоположном — несколько кроваток поменьше. Для детей. Между ними располагалось узенькое окно, затянутое бычьим пузырём. На стекло у хозяев, как и у любых других простолюдинов, денег попросту не было. Под окном располагался небольшой алтарь, посвященный трём местным божествам.
Женщина, одетая в тогу тянула руки к воину в латах с воздетым мечом, а напротив неё сидела старуха сложив руки в молитвенном жесте.
— Ну, — оторвал меня от разглядывания Бернард, — Нашёл что-нибудь?
— Неа, — я покачал головой, — Это и удивляет. Ставни не выбиты, пузырь с окна не сорван, дверь тоже осталась на месте.
— А говоришь, не нашёл, — хмыкнул сержант, — От себя могу добавить, что добро скорняка тоже никто не тронул. Да и следов борьбы нигде не видно.
Ни перевёрнутой мебели, ни разбитой посуды, ни крови.
— Выходит, что наш Игнац открыл дверь сам, сам же впустил сюда своих похитителей, — с сомнением сказал я, — Дал себя скрутить и вытащить во двор. Домашние, тоже, похоже, никак не сопротивлялись. И либо вовсе пошли добровольно, либо…
— Либо их кто-то выманил на улицу, где уже ждала засада, — продолжил за меня Бернард, — Пойдем ка и мы с тобой на свежий воздух. Посмотрим следы. Думается мне, внутри избы мы ничего интересного не найдем.
Снаружи всё было по-прежнему. У ворот толпилось с полдюжины крестьян из числа наиболее любопытных. На завалинке возле входа сидела, прикрыв глаза Айлин. Девушка напряженно вглядывалась в пустоту. На её лбу вновь высыпали крупные бисеринки пота. Молчаливой тенью следовал за нами Янек.
— С чего начнём? — поинтересовался я у Бернарда, ещё раз окинув взглядом подворье. Как мне показалось, тут тоже не было ничего интересного. Впрочем, следовало присмотреться повнимательнее, прежде чем делать выводы.
"
"— Прямо отсюда. Со входа, — сержант указал сначала на дверь, а затем на жидкую грязь перед крыльцом, — Народ здесь, похоже изрядно уже потоптался, но кто знает. Может нам удастся что-нибудь высмотреть.
Что именно он хотел там увидеть, я так и не понял. Крестьяне, по всей видимости, завалившиеся поутру в хату к Игнацу, затоптали весь двор, превратив его в одно сплошное грязное месиво. Разобрать что-либо в таком было решительно невозможно.
