Именно с этого, именно с нажатия кнопки и мыслей, пришедших после того, как лампочка внутри кнопки не загорелась, и начались события сегодняшнего утра.
Сейчас кнопка загорелась сразу. Заскрипели где-то вверху, протягиваясь через блоки, канаты. Зашумел двигатель. Особенно сильно его бывает слышно ночью, когда кто-то из соседей возвращается поздно. Иногда этот звук даже будит, и долго потом не удается заснуть.
Неудобства цивилизации... Техногенный фон...
2
Старенький «Москвич», к которому уже проблематично найти необходимые запчасти, постоянно стоит во дворе.
Нормальные угонщики на такую технику внимания не обращают, и тратить деньги на платную стоянку необязательно. Это единственное преимущество «Москвича» перед всяким другим возможным транспортом. Говорят, даже троллейбусы в депо разграбливают. Воруют цветные металлы. Но на такой «Москвич» никто не позарится. Машина уже основательно изношена, и Басаргин обычно старался не ездить на ней на работу, если не было насущной необходимости мотаться по городу.
Сейчас, однако, предпочел собственный транспорт общественному.
Он отвез Александру до дома, где в полуподвале размещалась мастерская.
– Саня, – сказал на прощание, – о предложении Костромина пока забудь. Никому ни слова. Это очень серьезное дело. Ни подругам, никому...
– Мог бы и не предупреждать, – она вздернула нос.
– Болтовней можешь все сорвать, если...
И продолжительная пауза.
– Что «если»?
– Если я еще соглашусь.
– Куда же ты денешься! – чуть ли не весело сказала Александра.
– Какие сомнения могут быть, господин капитан... Не может быть никаких сомнений!
– Мне срок на раздумья дали до вечера. Вечером Станислав Сергеевич приедет за ответом.
– Что же ты сразу не сказал? Я бы никуда не поехала.
Вот что такое творческая работа. Большое преимущество – возможность ходить в мастерскую, когда вздумается. Иногда, особенно по утрам, когда вставать не очень хотелось, Басаргин даже завидовал жене.
– Главное, допоздна не задерживайся.
– Я после обеда приеду.
Или ты из управления за мной заезжай. Коньяк купим и торт к чаю.
– Я заеду, – пообещал он и захлопнул дверцу изнутри. Снаружи эта дверца не закрывалась.
* * *Утренний час пик уже прошел. Дороги более-менее проходимы для транспорта. И через сорок минут Басаргин уже поставил «Москвич» на стоянку около управления. Среди сияющих и блестящих лаком машин центра Москвы его развалюха смотрелась индейским вигвамом среди небоскребов Уолл-стрита.
