Ей-Богу, лучше бы напрудила. Было бы не так стремно.
Ладно, ничего страшного. Подумаешь, все себя удовлетворяют рукой. Только не все это делают представляя того, кого хочется грохнуть!
Еще никогда я не выла как раненое животное. Это просто…идиотизм. Резко встаю с постели и почти бегу в ванную.
***
Из хороших новостей есть только одна. Русланчик-таки достал мне справку. И вроде надо как-то посущественнее поблагодарить, чем приготовить очередную порцию гнезд. К тому же, он снова подвозит меня до больницы. Но я так выбита утренним событием, что у меня не остается сил придумать что-то посущественнее, чем спасибо.
Меня даже не напрягает, что он не скрываясь пялиться на мои ноги в коротком белом платье. Да смотри уж, раз трогать нельзя.
– Я ваша должница. Просите, что хотите в пределах разумного без плашки восемнадцать плюс, – на мой комментарий Руслан усмехается и тут же переводит на меня взгляд.
– Давай на ты. У нас несущественная разница в возрасте.
– А сколько вам?
– Двадцать восемь.
– Но дело не в возрасте.
Субординация и все такое.
– Я не твой руководитель, ты не моя студентка. У нас половина врачей перетрахались друг с другом, если не больше. Так что, как видишь, никакая субординация их не смущала.
– И тем не менее. Так неправильно, – открываю воду и делаю глоток.
– Ну раз ты моя должница – пойдем в субботу в клуб.
Нет, сегодня однозначно не мой день. Хорошо, что глоток был небольшим. Иначе машина была бы вся заляпана водой.
– Извините, поперхнулась.
– Я скину адрес.
– У меня вряд ли получится.
– Почему? – потому что я не собираюсь с тобой трахаться.
– Хочу остаться в субботу на практику. Не врачебную. Я устраиваюсь медсестрой в наше отделение. У меня первая смена во вторник. Так что мне страшно облажаться, – и ведь ни капли не соврала. Реально страшно.
– Ну до часов четырех потусуйся с медсестрой, все объяснит, а вечером в клуб.
– Я подумаю. Если не слишком устану.
Без двадцати девять мы паркуемся у больницы, и я испытываю какое-то нереальное наслаждение, попавшись на глаза Потапову.
Выкусь, аномальный. Ты мне в трусы никогда в жизни не залезешь. И платье никогда с меня не снимешь. Сухо поздоровавшись, он обводит придирчивым взглядом мои босоножки и ноги. И снова выкуси.
Захожу в приемник и быстро сдаю анализы. Словно воровка забегаю в ближайший туалет и переодеваюсь в медицинский костюм и кеды. Так уж и быть, завистники, хрен вам, а не мои ноги. Убираю волосы в высокий хвост и возвращаюсь в отделение.
