– Ты уверен? – спросила я и удивилась: – А кто утонул в унитазе? Маленький, лохматый, коричневый с темными пятнышками? Кого я держу?
Александр Михайлович вошел в санузел и взял у меня мокрый комок меха.
– Это ушанка! Определенно не моя!
– Ой! Это зимний капор Дунечки! – всплеснула руками Нина, которая втиснулась в сортир следом за полковником. – Отличная вещь! Машенька расстроилась, что с размером не угадала, но я платочек под головной убор повязывала. Еще и на будущую зиму сгодится.
– Шапка! – воскликнула я.
– Но она была в унитазе! Кто ее туда кинул?
– Не я, – слаженно ответил хор голосов.
– Шапочку я убрала с зимними вещами в конце апреля, – уточнила Нина, – уложила в гардеробной аккуратненько! Надо посмотреть!
Домработница унеслась.
– Ну кто, кроме тебя, мог принять шапку за дохлого кота и взбаламутить весь дом, – возмутился полковник, – только сели ужинать, только идиотские кастрюли сняли, только сациви я попробовал, и тут твой вопль! Не хочу больше видеть перевернутые горшки на столе.
Сейчас по моему указанию положим на миски крышки от сковородок. Отличная идея мне в голову пришла.
– Конечно, милый, – кивнула Марина, – все твои идеи замечательны. Крышечки прозрачные, содержимое видно. Мы ступили с кастрюлями, больше никогда их не используем как защиту от котят. Пойдем поедим.
Я положила капор на рукомойник и направилась в столовую. Александр Михайлович опередил меня, он первым сел в кресло, потер руки, взял вилку, замер и спросил:
– А где сациви? До того, как по дому разнесся крик, я успел положить себе немножечко.
Сейчас тарелка чистая."
"С этими словами Дегтярев потянулся к миске и вытаращил глаза.
– Она пустая! Вымытая!
– Котят нет, – отметила я, – они исчезли.
– Бенгалы! – ахнула Марина. – Пока мы утешали Дашеньку, Фома и Платон не терялись.
– Они не могли снять крышки, – отрезал полковник.
– Но сейчас все они лежат на столешнице, – возразила его фиктивная супруга, – только одна миска с сырным салатом прикрыта.
Простенький такой рецептик: чеддер, чеснок, отварные яйца, домашний майонез и…
Договорить Марина не успела. Один из котов вскочил на стол, подошел к миске, которую прикрывала крышка, потыкал в нее сначала лапой, потом носом.
– Ага! – радостно заявил полковник. – Я, как всегда, прав, он не может снять крышку. А вы кастрюль понаставили! Интересно, это Фома или Платон?
– Ошейника нет, – пробормотала Марина, – он расстегнулся, наверное.
