Мы с Гришей давно вместе, познакомились уже взрослыми, окончили вузы, работали. Я ему никогда не изменяла. Во-первых, любила мужа, во-вторых… Ну, секс для меня не главное. Много лет Григорий не засыпал, пока мы… Ну, ясно, да? Я не отказывала ему никогда, но сама редко активность проявляла. Двое детей, работа, домашнее хозяйство, так напашешься за день, что не до секса, хочется просто уснуть. Потом Гриша потише стал, я обрадовалась. А в последние два года муж раз в шесть месяцев меня обнимал в постели. Мысли о том, что он лакомится в чужом саду, я и в голове не держала.
Человек, который регулярно ходит в церковь, причащается, не может супруге изменять.
Грех это.
Софья опустила голову.
– И вдруг! У супруга и у Зинаиды одна болезнь. Я здорова, дети-внуки тоже. У Николая все в порядке. Мне пришло в голову… ну… э… э… э…
– Что молодая, крепкая Зинаида показалась Григорию вполне симпатичной, и они нашли место для встреч, – сказал вместо клиентки Дегтярев.
Софья кивнула."
"– Да. Есть болезни, которые передаются только половым путем.
У нас с Гришей до его смерти месяцев пять ничего не было. Как Зинаида жила с Николаем, я понятия не имею. Но ни малейших подозрений о неверности мужа в голове не держу. Понимаете, случилась когда-то такая история…
Софья сложила руки на груди.
– Гриша был в командировке, Андрюша в садике, Катя только родилась, на балконе спала. Звонок в дверь, на пороге баба стоит. Вот именно баба. И по внешнему виду, и по поведению. Этакая простонародная хамка. Вошла в дом и заорала: «Твой мужик мою дочку обрюхатил.
Давай деньги на аборт. Иначе поеду к нему на работу в партком и расскажу правду. То-то славно получится! Очередь на квартиру потеряете».
Николаева провела рукой по столу.
– В советские годы так наказывали неверных мужей, вычеркивали из списков на получение бесплатных квартир.
– Очень глупо, – отреагировал Кузя, – не один же парень там жить собирался, а с семьей. Сбегал от законной половины налево, та узнала, проплакала несколько дней, помчалась жаловаться и… сама же осталась у разбитого корыта.
– Поэтому обманутые супруги редко прибегали к такой мере, – объяснил Дегтярев, – а те, кто решался настучать в партком, потом горько жалели о своем порыве, кричали изменщику: «Убирайся вон из тесной квартиры, живи у своей любовницы, я тебя выпишу». И начинался тяжелый развод.
– Верно, – согласилась Софья, – хотя я бы никогда не стала позориться, кричать на весь свет, что муж нашел другую. Но выяснить отношения с Григорием решила.
