Думаю, она поняла, кто лишил жизни Григория Викторовича, но патологическая любовь к дочери не позволяет ей принять правду. Дело закрыто, больше мы к нему не возвращаемся. Я пошел в особняк, хочется есть.
– Я тоже не прочь подкрепиться, – обрадовался Кузя.
– Хорошая идея, – одобрил Леня.
– Согласен, – потер руки Сеня.
А я молча пошла в особняк.
Не успела я открыть входную дверь, как в холл выскочила Нина и затараторила:
– Гектор сообщил, что Марк не будет носить памперсы.
Я изумилась:
– У нашего ворона запас слов первоклассника, но фраза, которую ты произнесла, слишком сложная даже для него.
– Я сказала: «Он сообщил», – уточнила помощница.
– Как? – рассмеялся Дегтярев. – Прислал письмо по электронной почте?
Послышался шорох, из коридора вылетел Гектор, за ним тенью следовал Марк. Младшая птица села на консоль, старшая пристроилась рядом, живо содрала клювом с птенца подгузник, швырнула его на пол и заорала:
– Нет! Позор! Стыд! Никогда!
Объяснив свое отношение к подгузникам, Гектор исчез внутри дома, Марк ринулся за ним.
"
"– Круто, – восхитился Сеня, – некоторые люди часами излагают свое мнение по какому-то вопросу, и все равно ни фига никому не понятно. А тут! Четыре слова! Пара движений головой, и получите меморандум господина Гектора.
Я направилась в столовую, говоря на ходу:
– Ну уж нет! Если ворон недоволен памперсами, то пусть выпихивает Марка в сад, когда тому захочется…
– Смотри, – перебила меня Марина и показала свою ладонь, на которой лежало нечто лохматое.
Я прищурилась.
– Морская свинка! Ты отняла ее у Бриззи-Жиззи? Ох, опять я, кажется, имя перепутала. Как она к нам попала? Я имею в виду ту, кого ты принесла.
Марина дернула крохотное существо за хвост. По комнате понесся отчаянный визг. В ту же секунду перед нами возникла мини-пигалица и начала нервно похрюкивать.
– Осторожно, ей больно, – занервничала я.
Марина рассмеялась, схватила морскую свинку за ногу и бросила ее на пол.
Я онемела, а Нина сказала:
– Дашенька, Милли – игрушка!
– Милли? – растерянно повторила я.
– Ты ей имя дала?
– Да, – кивнула Нина.
– Она теплая на ощупь, – пробормотала я, – дышит, моргает. И не живая?
Марина кивнула.
– Я сама так сначала решила. Сегодня утром Милли перестала двигаться.
– Мы подумали, что она умерла, – перебила Нина жену полковника, – а потом поняли – это игрушка! Батарейка у нее села! Пока работала, Милли была как настоящая. Я вставила новый элемент питания, и морская свинка ожила! Минипиг ее полюбила.
