Став первым лордом Адмиралтейства, Уинстон получил в свое распоряжение роскошную яхту, по размерам и отделке уступающую разве что королевской. Бережливую Клементину радовало и то, что на яхте за счет казны постоянно пополнялся запас изысканных вин и провизии, и она, как радушная хозяйка, могла должным образом принимать друзей и знакомых, не тратя собственных средств.
К слову сказать, Черчилль показал себя и блестящим юристом. В 1911 г. он мастерски провел судебный процесс, положивший конец слухам о том, что король Георг V до своего брака с принцессой Мэй Текской тайно обвенчался на Мальте с дочерью одного адмирала, то есть был двоеженцем.
Эти обвинения были опубликованы в парижской газете «Либерейтор». Автор их, некий Эдуард Ф. Милиус, разослал копии статьи всем депутатам парламента, после чего Черчилль с согласия Георга V начал против Милиуса процесс, в ходе которого доказал, что ни король, ни его предполагаемая невеста не находились на Мальте в указанные сроки. Журналист был признан виновным и приговорен к году тюрьмы, а Черчилль заслужил личную благодарность короля.
Впрочем, проблем тоже хватало. Одни суфражистки сколько нервов Черчиллю потрепали! Он был для них излюбленной мишенью, поскольку выступил против закона, расширяющего круг избирателей и в том числе дающего право женщинам на голосование. Воинствующие дамы преследовали его по всей стране. И хотя Черчилль с юмором воспринимал их нападки, те иногда заходили слишком далеко. Так, однажды на вокзале в Бристоне некая Тереза Гарнетт бросилась на него с кнутом.
Один из ударов пришелся Уинстону по лицу. Затем посыпались угрозы близким Черчилля. Дело дошло даже до того, что полиция раскрыла заговор с целью похищения сына Рандольфа. Пришлось нанять охрану для нянь и детей.
Очень беспокоило Клементину и опасное увлечение Черчилля авиацией. Он не смог устоять перед соблазном и научился управлять самолетом, поднимаясь в воздух иногда по десять раз в день. Нельзя сказать, что у него был прирожденный талант пилота.
Потому молодым летчикам, которые не хотели рисковать карьерой, приходилось лететь вместе с неопытным авиатором, у которого была замедленная реакция. К их понятной сдержанности добавлялись мольбы Клементины и уговоры друзей, взывавших к благоразумию отчаянного пилота. Но упрямый Черчилль сдался только тогда, когда пережил несколько серьезных аварий и чудом остался жив. Лишь после этого он горестно признался, что воздушная стихия не для него.
