Операция – какой кошмар! Она читала, что некоторые добровольно вживляют себе имплантаты, чтобы организм лучше функционировал, но сама таких людей пока не встречала.
– Но мы по-прежнему можем подниматься на поверхность – вот как я сейчас, – продолжила Билли. – Нас никто не заставляет оставаться внизу.
Девочки надолго замолчали – лишь тихие щелчки гидролокатора и разговоры Патрика по рации с поверхностью нарушали тишину. Почесав ухо, Карима обнаружила, что потеряла серёжку. Может, она где-нибудь здесь, в батискафе? Карима пошарила вокруг, но ничего не нашла.
Или серёжка потерялась на станции? Вот чёрт! Она так глубоко задумалась, что вздрогнула, внезапно услышав голос Билли:
– Карима, можно тебя кое о чём спросить?
– Э, конечно. О чём? – Карима занервничала. Неужели Билли заметила, что они с Леоном были вместе на складе и это их сблизило? Вдруг она думает, что между ними что-то было?
Билли задумчиво смотрела на неё:
– А тебе не странно постоянно дышать воздухом? Он ведь ужасно тонкий!
От растерянности Карима не сразу сообразила, что ответить, а потом Патрик показал им какое-то диковинное животное, проплывающее мимо, и больше им с Билли поговорить не удалось.
А теперь она лежит здесь, в гостиничном номере, и… думает о Леоне. О том, как незадолго до моретрясения он стоял на мостике – спокойный и сосредоточенный. Каким красивым было в тот момент его лицо. И как перед самым отъездом на «Марлине» она заметила Леона в воде. Она ещё никогда не видела, чтобы кто-то так плавал – с такой непринуждённой грацией и силой.
В абсолютно своей стихии.
Мать посмотрела на неё сверху вниз и неожиданно улыбнулась:
– Эй, о чём задумалась? У тебя отсутствующий взгляд. – И, не дожидаясь ответа, спросила: – Неужели ты ни капельки не проголодалась? На завтрак в меню наверняка не менее трёх сортов свежего йогурта.
– Вечно ты только о еде и думаешь, – пробормотала Карима и пошаркала в ванную принять душ.
Леон, позабыв обо всём на свете, прислушивался к разговору в каюте:
– …только что узнал новости с «Бентоса I» в Карибском море.
Кейси Дэвидсон, один из молодых водолазов, окончательно перестал нырять в окси-скине.
– Чёрт. Из-за чего – защитные рефлексы организма взяли верх? Что говорит станционный врач?
– Физически Кейси абсолютно здоров. Он просто утратил способность дышать жидкостью. И это после тысячи с лишним часов под водой.
– Печально, – сказал Эллард. – Сколько Кейси сейчас?
– Семнадцать лет. Он начал сравнительно поздно – в четырнадцать.
