Мать неисправима…
– Кстати, я ещё не дал тебе свой электронный адрес? Да, у нас здесь, внизу, есть электронная почта. – Джулиан нацарапал что-то на листочке и сунул ей.
Карима, выдавив улыбку, спрятала листок.
– Смотрите – вот и первые результаты измерений. – Матти Коваляйнен и Урс Вальтер склонились над графиком, вырисовывающимся на экране. Кариме он напомнил пёстрый лоскутный ковёр с данными и числами. Рисунок пересекала широкая фиолетовая полоса. – Мы выделили разными цветами области с различным содержанием кислорода, – объяснил Урс.
– В зелёных областях глиссеры обнаружили в воде его высокое содержание, в жёлтых – чуть поменьше…
– А в фиолетовых? – перебила его Карима, непроизвольно понизив голос. Чай остыл, и она отставила чашку в сторону.
– Там кислорода почти нет. Смертельная зона, где не осталось ничего живого.
– Значит, этот большой фиолетовый участок… – раздался голос Леона, вернувшегося из шлюза.
Карима не обернулась – в этом не было надобности: она и так ощущала его присутствие.
– Это край каньона Кохала, – сказал ему Коваляйнен. – Если бы вы с Люси углубились в эту зону, – он очертил её пальцем, – мы бы вас больше никогда не увидели. Теперь, по крайней мере, мы знаем, где пролегают границы.
Тут Карима всё же посмотрела на Леона сбоку: как он отреагирует? Леон лишь кивнул, задумчиво глядя на экран. Он выглядел спокойным, собранным, взрослым – гораздо взрослее её одноклассников. Мониторы освещали его бледное, резко очерченное угловатое лицо.
– Хорошо, – сказал Леон. – Значит, теперь мне снова можно в море в окси-скине.
Карима покачала головой. Да этот парень просто одержим! Может, дыхательная жидкость вызывает привыкание?
– Всё не так плохо. Кислород – это еще не всё: марганцевые корки, которые нашли Леон и Люси, можно добывать с помощью роботов, – сказал Урс, но ему никто не ответил.
По мере поступления данных с глиссеров на экране появлялась карта за картой, и Урс умолк, с недоверчивым изумлением уставившись на показатели.
Не только вокруг каньона Кохала, но и на других картах виднелись фиолетовые пятна. Жуткое зрелище. Коваляйнен тихо переговаривался по ультразвуковой связи с поверхностью, а потом начал передавать данные концерну ARAC и другим коллегам-исследователям. Члены экипажа обсуждали зловещий феномен, сыпля терминами, которых Карима никогда раньше не слышала.
– Что там, внизу, происходит? – встревоженно спросила Билли.
