— Ты не можешь позволить ей проявлять к тебе неуважение перед твоими мужчинами или гостями.
Я смотрю на маму в замешательстве.
— Она подвергла сомнению твои приказы перед твоими людьми во время приема, — перечисляет она, словно читая отчет. Откуда она вообще это знает? — Она поставила тебя с Саори в неловкое положение перед высшим обществом. Ты не можешь позволить ей вот так ходить по тебе. Этим глупым людям из общества, возможно, все равно, но тем, кто последует за вами, будет. Она не пара по любви. Черт, она даже не партнерша по бизнесу.
Она месть. Справедливость. Она…
— Моя жена, мама, — строго напоминаю я ей. — И я буду обращаться с ней так, как считаю нужным.
Почему она так взволнована по этому поводу? Понятно, что она хочет убедиться, что моя жена понимает границы с моими мужчинами, но зачем привлекать Саори? Пока не…
— Ты пригласила Саори? — спрашиваю я, уже зная ответ. — Ты не думаешь, что сохранение Чарити ЛаМонтань в живых не было местью? — я ухмыляюсь. — Он заставлял ее оставаться трезвой во время беременности.
Беременность, которую она никогда не хотела, а затем он продолжал заставлять ее растить ребенка, которого она не могла убить. Я бы сказал, что этого достаточно.
Мама грустно качает головой.
— Я ужасно скучаю по ним обоим, — шепчет она.
Протянув руку, я обнял ее и глубоко вздохнул.
— Я тоже, Окаасан. Я тоже.
ГЛАВА 22
Эвелин
Крик чуть не слетел с моих губ, когда поток холодного воздуха пронесся по моему телу. После событий на свадьбе мой мозг сразу переключается в боевой режим.
Мое тело напрягается, когда чья-то рука зажимает мой рот. Я ругаюсь, пытаясь пнуть и вцепиться в незваного гостя.
— Успокойся, искра.
Я сразу расслабляюсь при звуке глубокого тембра мужа.
— Нам нужно поговорить, — требует он, устроившись между моими бедрами.
— Бля, Кензо, — рычу я. — Разве это не могло подождать до утра?
Он качает головой.
— Нет, не может.
У меня кружится голова, и мурашки бегут по моему телу, когда он лениво ласкает мою кожу.
Мне следует отстраниться и положить этому конец сейчас же. Скажи ему нет. Он позволил своей любовнице неуважительно относиться ко мне. Черт, он не уважает меня, имея чертову любовницу. Но мое тело под его телом парализовано. Кензо слегка шевелится, его выпуклость трется о мою киску так, что внутри меня танцуют покалывания фейерверка. Я от стыда поворачиваю голову, чувствуя, что вся влажная от него.
Стыдно, как легко мое тело оживает от его прикосновений.
