— Леви…
Это должно было прозвучать, как предупреждение, но прозвучало, как беспомощный стон.
Я облизываю губы, пытаясь подавить его.
— Блядь, принцесса. — его глаза сверкают похотью и этим черным взглядом. — Прекрати это, или я трахну тебя прямо сейчас.
Мне хочется думать, что он этого не сделает, но это Леви Кинг. «Невозможно» в его словаре не существует.
Я пытаюсь оттолкнуть его, но замираю.
Полностью.
Леви прижимается губами к моим.
Его губы касаются моих.
Он целует меня.
Я слишком ошеломлена, чтобы реагировать, когда его твердый рот завладевает моим.
Его свободная рука обхватывает мой затылок, полностью оставляя меня в его власти.
Мои ногти впиваются в его рубашку, когда он прижимается ко мне губами. Он не только целует меня, но и требует, чтобы я поцеловала его в ответ.
— Откройся, — он покусывает мою нижнюю губу.
Я сжимаю губы в тонкую линию. С одной стороны, расстроенная часть меня хочет отпустить и утонуть в этом моменте, даже если потом я могу умереть. А с другой стороны, логическая часть не может забыть, что это долбаный Леви Кинг.
Тот самый Кинг, превративший мою жизнь в ад.
Я ненавижу этого ублюдка. И не должна целовать его или даже развлекать данной идеей.
Но попробовать не повредит.
Так ведь?
— Откройся. Блядь.
С каждым словом он сильнее прикусывает мою губу, посасывая и втягивая ее между зубами. Я удивлена, что он не пролил кровь своим безжалостным укусом.
Мой рот раскрывается в хныканье.
Вот и все, в чем он нуждается.
Леви поглощает мой рот.
Он не просит доступа, он врывается, будто у него всегда были права на эту часть меня.
Его горячий, безжалостный язык кружится вокруг моего с животной настойчивостью.
Я потеряна.
Полностью поглощенная всем Леви. Твердыми выпуклостями его груди. Его сильными руками. И его губами.
Черт бы побрал его губы!
Как, блядь, я выживала, не целуя их раньше?
Что-то в глубине моего сознания подсказывает мне, что это неправильно, но я отключаюсь. Плыву в туманном воздухе, когда покалывание пробегает по моему позвоночнику прямо до самой сердцевины.
Меня целовали и раньше, но никогда в моих самых смелых мечтах меня не поглощали так, словно он умирает, и я единственный воздух, которым он может дышать.
Мои глаза закрываются, и я позволяю себе упасть, зная, что будет больно, когда я приземлюсь на землю.
Но если это неправильно, то я не хочу, чтобы что-то снова стало правильным.
Глава 18
Астрид
Не болезненный толчок, а падение.
Я сижу в машине Леви, в той самой, которую я разрисовала.
