Мне нужно дерьмо, чтобы остаться единым до окончания школы, а потом я покину королевство Джонатана раз и навсегда.
— Ты все делаешь неправильно. — Эйден ставит пустую тарелку на раковину рядом со мной. — Думаешь, что сможешь победить его, но тебе не удастся.
— Хочешь поспорить?
— Я не делаю невыгодных ставок.
Он наклоняется, глядя на доску. Джонатан заблокировал коней Эйдена и любые его ходы будут стоить ему либо ладьи, либо слона.
Типичный дядя. Он всегда начинает с того, что лишает тебя самой сильной защиты.
— Осторожнее, кузен, — я поднимаю бровь. — Ты меня недооцениваешь.
— А ты недооцениваешь Джонатана. У всех нас есть соревновательная жилка, но он в этой игре дольше. Как ты думаешь, как он расширил свою империю? Ты должен отступить, когда он встанет, чтобы он не раздавил тебя.
— Если и кого-то раздавят, то не меня.
— Не знаю, ведешь ли ты себя как идиот, но он без колебаний разрушит твою жизнь. Ничто не мешает ему лишить тебя наследства, пока тебе не исполнится двадцать пять. Готов ли ты рискнуть тем, что тебя будут пинать целых семь лет?
— Заткнись блядь, Эйден.
— Просто констатирую факты, Лев. — он перегибается через стол, хватает яблоко и с хрустом откусывает большой кусок. — Играй с умом, а не силой.
Я наклоняю голову набок, наблюдая, как он жует яблоко."
"— Ты ведь знаешь, что произошло той ночью, не так ли?
— Конечно, — он выглядит совершенно невозмутимым, его мертвые глаза высчитывают лучший способ свергнуть игру своего отца.
После того случая девять лет назад с Эйденом произошло что-то совершенно неправильное.
Как будто божество забрало моего маленького кузена и послал нам демона от его имени.
Бесчувственный демон-психопат.
— Почему ты ему не рассказал? — спрашиваю я.
— У меня не было причин, ему об этом рассказывать, — он поднимает плечо. — Как я уже говорил, играй с умом, а не силой. Ты не сможешь свергнуть Джонатана Кинга в физической игре. Но играть надо сообразительно…
Он оставляет это висеть, когда уголки его губ приподнимаются. Должно быть, он придумал, как защитить свою оборону от безжалостного нападения Джонатана.
Но это, вероятно, поставит его королеву под угрозу. Не то чтобы Эйдена это волновало. С самого начала он никогда не стеснялся доставать большие пушки.
— У тебя есть что-нибудь, что связывает тебя с той ночью? — спрашивает он, не отрывая взгляда от доски.
— Я убиваю все связи. Начиная с этой чертовой принцессы Клиффорд и ее следствия.
— Именно. — он берет еще одно яблоко и бросает мне.
