Ксандер пинает Эйдена по ноге.
— Что бы это ни было, скажи ему, кретин.
— Он действительно сломает тебе руку, — шипит Коул.
Выражение лица Эйдена не меняется, как бы сильно я ни усиливал хватку. Чертов псих стал ненормально устойчив к боли после того случая девять лет назад.
— Эй, Кинг. — Ронан смотрит на него ошарашенными глазами. — Mais tu es fous ou quoi (с французского: Ты с ума сошёл?)? Хочешь, чтобы тебе сломали руку?
Он не хочет. Но если сломанная рука даст ему желаемое, он не будет возражать.
— Кто приказал тебе держать разговор с моим отцом в секрете? — Эйден наконец заговорил.
— Еще раз приблизишься к Астрид, и ты труп.
— Расскажи мне о секрете.
— Нет.
Он насмешливо улыбается.
— Если ты не дашь мне то, что я хочу. Я тоже не дам тебе того, чего хочешь ты. Знаешь, что, Лев. Игра всегда начинается с двух королей на шахматной доске.
— Один ноль, Эйден! — Ронан кричит, а затем говорит: — Ой, — когда Коул даёт подзатыльник.
Я улыбаюсь и толкаю Эйдена к шкафчику.
Я могу забить его до смерти и порезать на куски, но физическая сила не действует на него.
Он говорил это сам, Умнее, не сильнее.
Чтобы победить, я должен играть по его правилам.
— Значит, это игра, да? — спрашиваю я.
— Конечно, — ухмыляется он, отряхивая пиджак.
— Хорошо. Сегодня я делаю свой первый шаг. Встретимся на парковке.
— Сделай это, Леви, — с последней насмешливой ухмылкой он исчезает за дверью.
Я смотрю на остальных членов команды и говорю самым авторитетным тоном:
— Если кто-нибудь приблизится к Астрид, у него будут проблемы со мной.
Мне повторить?
— Нет, капитан.
— Сделайте так, чтобы это относилось ко всей школе.
— Да, капитан.
Я взмахиваю рукой, отпуская их, и все возвращаются к своим обязанностям.
Все, кроме одного.
Дэниел сердито смотрит на меня и толкает плечом, выходя.
— Я не подчиняюсь приказам трусливого капитана.
Я скриплю зубами, но не обращаю на это внимания. Это говорит не мой полузащитник, а лучший друг Астрид."
"Переодевшись, я останавливаюсь перед раздевалкой, прислонившись спиной к стене.
Я мог бы выставить фасад, но испытываю слишком много хаоса, что он начинает меня парализовывать.
Я пытался утонуть в алкоголе, но это дерьмо никогда не бывает хорошим.
Не говоря уже о том, что тренер надерет мне задницу, если я приду на тренировку с похмелья.
Курение также под запретом, после последнего эротического эпизода, который у меня был с Астрид.
Поэтому я провел всю ночь в комнате, которую не посещал уже много лет.
